Как жить по понятиям

Леонид Развозжаев: Как я учился жить по понятиям – Свободная Пресса

Как жить по понятиям

Шестого мая исполняется пять лет событиям на Болотной площади. Тогда за организацию массовых беспорядков был задержан один из активистов движения «Левый фронт», помощник экс-депутата Госдумы Ильи ПономареваЛеонид Развозжаев. Позже он был приговорен к 4,5 годам колонии. Сейчас Леонид решил поделиться своим мнением о жизни в заключении.

Мне хотелось бы в концентрированном виде затронуть некоторые вопросы, которые помогли бы арестанту, впервые попавшему в места заключения. По понятным причинам надеюсь, что мои наблюдения будут полезны в первую очередь политическим заключённым, которых в нашей стране, думаю, будет всё больше и больше.

Понятно, что разница между арестантами «бытовыми», то есть общеуголовными и «политическими» огромная. К тому же, ни для кого не секрет, что политически активному человеку не всегда легко найти общий язык даже с относительно законопослушным обывателем. А с идейно мотивированным мошенником, разбойником или с асоциальным дебоширом, уж и подавно.

При этом специфика нахождения политического арестанта в местах заключения распространяется естественно не только на взаимоотношения среди арестантов, но и на сотрудников ФСИН, следственных органов, прокуратуры, судейского корпуса, представителей официальных органов защиты прав человека и т. д.

Читайте по теме

Заказ на олигарха

Кто стоит за покушением на «серого кардинала» Молдавии Влада Плахотнюка

Вместе с тем, безусловно важны примеры из личного опыта, которые будут полезны всем арестантам без исключения.

О том, что я «политический» с точки зрения криминального мира, я узнал где-то в январе 2013 года, от вора в законе, с которым ехал в купе «столыпинского» вагона. За два месяца пребывания в Лефортово и 20 дней челябинской одиночки (хотя несколько дней там присутствовал явно подсадной гражданин), мне, по сути дела, никто не объяснил, что тюрьма до сих пор разделена на всякого рода касты.

«Мужики», «бродяги», воры в законе, политические, «красные» (в Красноярске их называют «вязанными»), «обиженные», «шерсть». Это, по сути, основные категории осужденных, среди которых живёт любой арестант вне зависимости от принадлежности к той или иной «касте».

Опять же, сидя в московских СИЗО, я в основном находился на так называемой «заморозке». То есть, в спецблоках, либо в камере, где-то на задворках, где либо затруднено общение с соседними камерами, либо оно отсутствует вообще.

Поэтому, там невозможно набраться арестантского опыта.

У меня, например, в «Матроске» в камере чаще всего сидели крупные чиновники, банкиры, мошенники, коррупционеры, люди в возрасте и не имеющие никакого понятия о криминальном мире.

Я до заключения вообще думал, что всякого рода криминальные авторитеты, вся эта иерархия — в большей степени народный фольклор давно минувших дней. И даже когда в соседних камерах сидели воры в законе, я не проявлял интереса к тем или иным вопросам, потом пожалел об этом.

Итак, когда я попал в Красноярский край, у меня начали интересоваться заключённые — кто я по жизни, хоть эта колония считается «красной».

То есть все вопросы быта, трудоустройства внутри колонии и т. д. регулируются только сотрудниками администрации ИК.

Ну и естественно, весь этот авторитет администрации, чаще всего держится на очень грубой силе, в лучшем случае это дисциплинарные наказания.

Кто ты по жизни? Ты должен ответить кто ты с точки зрения их криминального мировоззрения. Допустим, «красный» («вязаный») или «мужик» и т. д.

Я отвечал, что я политический, на что они очень сильно удивлялись и утверждали, что таких не бывает, и что я, мол, должен выбрать кто я, «красный» или «мужик».

Я не согласился с их доводами и рассказал о словах вора, в результате они несколько дней совещались и признали моё право называться политическим.

Может, кому-то покажется это, каким-то занудством, но на самом деле это очень важная информация. Я больше не знаю никого другого находившегося в современной уголовной исправительной системе, чтобы арестанты признали за ним право называться политическим.

Поверьте, с точки зрения бытового существования, а главное — морально психологического, политическим важно иметь своё лицо! Дело в том, что часто в лагерях, да и в СИЗО тоже, идёт некая вражда, между «красными» и «чёрными», то есть «мужиками». И типа если ты не определился, то к тебе может появиться множество вопросов. Более того, фактически ты не можешь не определиться, тебя в любом случае определят. И в соответствии с твоим статусом с тобой будут общаться другие арестанты.

Тут нужно понимать, что понятия криминального мира — это целый свод правил, который отражается буквально на всей повседневной жизни. То есть ты, допустим, не можешь попить с определёнными людьми чаю, выкурить сигарету, сходить в туалет и т. д.

Вся жизнь арестанта сверяется с криминальными понятиями. По сути, это как религиозный свод правил, более того, на мой взгляд, в поведении многих арестантов наблюдаются явно сектантское мышление.

Причём многие понятиями живут не только в заключении, но и в жизни, живут целыми семьями, династиями, посёлками и даже малыми городами.

АУЕ («Арестантско-уркаганское Единство») либо по-другому («Арестантский Уклад Един») прочно проник в головы многих миллионов наших сограждан.

Как в целом обществу реагировать на это явление это — вопрос вопросов и частично у меня есть на него ответ, но сейчас речь не об этом.

К сожалению, в своё время я не поинтересовался у воров, что для меня допускается, а что нет во взаимоотношениях с арестантами.

Но, посовещавшись с более разбирающимися зэками, мы пришли к выводу, что я не должен жестко придерживаться всех криминальных законов. То есть я сразу сказал, что считаю для себя неприемлемым пропагандировать криминальные понятия.

Если предложат, то пойду работать, например, в библиотеку, а это считается уже «красной» должностью.

При этом я готов поддерживать жалобы арестантов на администрацию в случае нарушения их прав и, естественно, не допускаю для себя возможности сотрудничества с оперативным отделом колонии по части стукачества и т. д.

Честно говоря, для жизни в лагере, быть политическим в таком раскладе лучше, чем кем-либо другим. В реальности там, конечно, многие «красные» общаются с «мужиками», но повторюсь, и конфликтов хватает именно на этой почве.

Из вышеперечисленного, наверное, нельзя узнать всех нюансов тюремной жизни. Я надеюсь написать книгу по следам своих злоключений, там, конечно же, будут и подробности. А пока даю два совета. Первый, — всегда интересуйтесь, что можно, и что нельзя делать как в бытовых вопросах, так и в вопросах защиты своих прав.

И если вы загремели по явно политическому делу, то по возможности дотянитесь до любого криминального авторитета, сошлитесь на мой пример и поинтересуйтесь спецификой поведения политзаключённого. Если какой-то, вор или «бродяга» (криминальный авторитет, приближённый к ворам) не сможет подробно объяснить, интересуйтесь у других.

За интерес спроса нет, этого не бойтесь!

Второе. Имейте в виду, что чаще всего криминальный мир относится к нам, «политическим», вполне доброжелательно, вероятно видя возможность решать свои вопросы с помощью наших жалоб и шумихи, которую мы можем поднять через журналистов. Но своими людьми мы, «политические», для криминала никогда не будем. Уж очень у нас разные взгляды по многим вопросам бытия.

Вообще, тюрьма достаточно полезная штука для занимающегося общественно-политической деятельностью в нашей стране. К сожалению, пишу об этом, но это факт.

Конечно, если вас не бросят в «пресс-хату», где могут сделать инвалидом, не напичкают медикаментами в тюремной больнице. Но если вы здоровы и ваша совесть запрещает вам молчать, то говорите.

В этом случае вам тюрьма не страшна, посетить её «матушку» на годик-два даже полезно бывает…

При этом сразу запомните главное тюремное правило: «не верь, не бойся, не проси!» Это золотое правило, тем более для политического.

Человек, занимающийся абсолютно законной политической деятельностью в нашей стране, должен настраивать себя на самое худшее, что с ним может произойти в тюрьме.

И в первую очередь, ни в коем случае не верить ни представителям силовых и судебных органов и точно также — криминальных кругов! Стараться не бояться разного рода запугиваний, пыток и т. д. Они когда-нибудь закончатся.

Лучше, конечно, с помощью общественности и адвокатов не доводить до того, что происходило со мной. Но если здоровье есть и дело дошло до издевательств, то лучше держаться.

Тут важно понимать, что если у вас выбили показания, так называемую явку с повинной, то наши суды принимают её к сведению, будь она хоть вся залита кровью и вы отказались от неё хоть на стадии следствия, хоть на стадии судебного рассмотрения дела по существу.

ЕСПЧ, насколько мне известно, уже несколько раз обращал внимание на эту проблему, рекомендуя судебным органам нашей страны не брать во внимание подобные псевдодоказательства, так как тем самым суды провоцируют оперативников на преступные действия в добывании так называемых доказательств.

Если уж совсем положение безнадёжное, то хотя бы попытайтесь торговаться, то есть выполнить часть требований. Лично от меня требовалось гораздо большее: нам хотели пришить попытку терроризма, госпереворот и ещё какой-то бред. Мне удалось отбиться хотя бы от этих фантазий следствия. К тому же за все эти годы мне удалось не бросить тень на многих демократов. Думаю, эти люди знают, что я имею ввиду.

Не проси! Старайся по максимуму всё делать сам, от бытовых вопросов, до юридических. Сигареты, чай, еда — всё это лучше иметь своё. Кстати, курить лучше бросить вообще и сразу, иначе будет много соблазнов, шантаж со стороны силовиков и т. д.

Очень многие арестанты ломаются именно от отсутствия сигарет! В тюрьме очевидно, что сигареты — это страшный наркотик буквально уничтожающий личность, превращающий человека в стукача и т. д.

При этом, кстати, многие именно в тюрьме бросают курить и чувствуют себя превосходно.

Юридическими вопросами в меру возможности нужно заниматься самому. Понятно, что у тебя нет возможности оперативно получать нужные документы. Ты скован из-за отсутствия доступа к правовым справочникам и т. д. Но даже при этом всё взваливать на адвокатов и правозащитников не стоит.

Мы политические, как правило, не способны оплачивать услуги адвокатов, а объём различной юридической работы по нашим делам обычно очень большой. Но адвокаты извините, тоже есть хотят, у них тоже есть семьи, какие-то потребности и т. д. Поэтому без твоего участия ошибок у защиты будет гораздо больше.

Если ты вообще никогда не сталкивался с уголовным преследованием, то тебе помимо УК, УПК, Конституции, УИК, понадобятся книги под редакцией известных правозащитников, например, «Карманная книжка заключенного» А. Бабушкина. Там пошагово описано то, как арестанту бороться за свои права с первого момента ареста до конца срока.

Вероятно, такие книги есть и других авторов. Пользуйтесь и другими источниками, этой юридической литературы в тюрьме не бывает.

Кстати, я слышал, что существует периодическая литература для ЕСПЧ, следователей, судей и т. д.

Тут важно понимать, что политических всё равно судят общеуголовным порядком, применяя те же самые лекала процессуальных действий.

Отступить от этих норм следователи и судьи не в праве, и очень часто их можно ловить на грубых ошибках. Иногда удается даже отменить судебные решения из-за совсем уж грубейших противоречий.

Но самое главное то, что ты можешь послать обоснованную жалобу в ЕСПЧ, и там уже результат будет наверняка в твою пользу, если твои права нарушены.

Так же рекомендую изучить минимальные стандарты европейской пенитенциарной системы. Россия обязалась придерживаться этих стандартов, но они у нас, мягко говоря, это не получается. Поэтому жалобы на условия содержания в СИЗО, перемещения в суды, перемещение в колонию, всё это может послужить основанием либо для пересмотра дела в суде, либо для выплаты вам компенсаций.

Конфликтовать с администрацией, СИЗО, колонии и т. д., без серьезных оснований я вам не советую. От отношения простого инспектора очень многое зависит, а с невменяемым дебоширом никто никаких дел иметь не будет.

К тому же, из-за необоснованного протеста к тебе могут появиться вопросы и со стороны арестантов (если ты навлёк лишние проверки и т. д.).

Другое дело, если ситуация вокруг является нетерпимой, и вы уверены в обоснованности своих жалоб.

При этом вы должны понимать, что можете попасть в такие места, откуда информацию о происходящем послать на волю практически невозможно. Я в Красноярске несколько раз объявлял голодовку, но никто об этом, наверное, даже не слышал.

Для того, чтобы оповещать родственников из мест, где нет телефонов и другой оперативной связи, желательно заранее условиться с родственниками о каких-то кодовых словах. Например, вы в письме отмечаете, что на днях была хорошая погода. Для родственников это означает, что у вас в колонии или СИЗО серьёзные проблемы, и вам срочно нужен адвокат.

Мы с женой установили такое слово, но, к сожалению, достаточно поздно. И всё же думаю, пару раз мне удалось поднять тревогу с помощью этого секретного слова.

При этом вы должны понимать, если сотрудники захотят, они вообще не выпустят ни одного вашего письма, и уж тем более жалобы. Общественные наблюдательные комиссии (ОНК) работают далеко не во всех регионах. Раньше хорошая ОНК была в Москве, сейчас вроде бы не очень.

До сих пор в этой системе есть порядочные люди в Челябинской области. В Красноярске, к сожалению, работает жалкое подобие ОНК. Поэтому, если оказались в регионе, где «красные» зоны, то рассчитывайте на своего адвоката. Конечно, тут все правозащитники и пр.

 политически активная общественность должна напрячься и обеспечить вас адвокатом с первых дней пребывания в «красном» регионе.

В первую очередь, к таковым относится Красноярский край. Говорят, жестокость, процветает в Омской области, Карелии, Брянской и Владимирской областях, Хакасии. Старайтесь любым способом туда не ехать.

Источник: https://svpressa.ru/blogs/article/171594/

Коррупция как сословная рента. Почему Россия живёт по понятиям?

Как жить по понятиям

Как происходит стихийное распределение  по сословиям и иерархиям, которых по закону не существует? Почему мы живём по понятиям и какое место в нашей жизни занимает коррупция? Портал Крамола публикует самые интересные места из интервью с социологом Симоном Кордонским.

Наши реальные правила — те, что действуют вместо официальных. Наши реальные свободы — те, что достигаются наработанным веками умением находить слепые зоны государства.

Но если живешь по понятиям, надо брать по чину. С некоторыми из арестованных и посаженных губернаторов наверняка была эта ситуация: ему сказали делиться.

А он, может, даже и делился, но недостаточно, брал не по чину.

Существует установка на презумпцию легальности, на прозрачность деятельности граждан для государства. Но на пользу гражданам такая прозрачность не идет прежде всего потому, что само государство для граждан непрозрачно и во многом действует нелегально. Или не нелегально, а просто бессознательно, то ли рефлекторно, то ли инстинктивно.

Непредставимый объем номинально государственного имущества официально не имеет хозяина, но неофициально у любой вещи есть хозяин. Государство явно не справляется с управлением тем, что оно считает экономикой.

У нас сформировались две нормативные системы. Одна официальная, опирающаяся на закон, и другая, построенная по понятиям. Они существуют в одном и том же пространстве, в одних и тех же людях. Люди раздвоены: они живут по понятиям, но интерпретируют поведение окружающих в терминах закона. И с их точки зрения получается, что все нарушают закон.

Такого, как я понимаю, нигде не было. Начиная, вероятно, с петровских времен у нас сплошная модернизация. Сталкиваясь с этим, люди пытаются выживать. Жизнь по понятиям — это жизнь-выживание, жизнь промысловая.

Промысловик — это человек, который сегодня монтирует ЛЭП на 10 киловольт, завтра копает сортиры, а послезавтра идет на пушной или лесной промысел. Это не фриланс. Фрилансер ищет работу по специальности, а промысловики осваивают специальности.

А когда появляются конкуренты (у нас сейчас это китайцы), они переходят в другие промыслы. И так десятки миллионов людей живут.

Это распределенный образ жизни. Дача, гараж, погреб, квартира. Где концы удобно прятать, где человека не за что схватить. Это способ ухода от государства, модернизирующего по импортным образцам все, что ему под руку попадет.

В советские времена, например, партийная организация решала проблемы не по советскому закону, а по партийной совести, то есть по понятиям.

Как на партбюро решались все проблемы, так они до сих пор и решаются, только вместо бюро — то, что мы называем гражданским обществом служивых людей.

Люди, имеющие статус в системе, собираются в бане, в ресторане, на охоте, на рыбалке, гуляют вместе — и решают проблемы.

Есть и очень интересный институт автономизации сообществ, живущих по понятиям, по социальному времени.

У муниципального района, например, есть собственное течение времени, только частично совпадающее с государственным.

Оно определяется днями рождений, в частности, значимых для районного сообщества людей и разными памятными датами. Люди собираются в такие локальные праздники вместе, пьют, закусывают и решают проблемы.

Причем дни рождения не обязательно местных начальников, скорее значимых людей. В любой администрации есть какой-то незаметный человек, кадровик, секретарь, который ведет книжечку памятных дат.

В книжечке написано: такого-то у Ивана Ивановича день рождения, а такого-то у других значимых людей серебряная свадьба.

Если начальник милиции в почете, хороший мужик, то соберемся, будем праздновать День милиции.

Весной прошлого года у нас со студентами была экспедиция в один из районов Тверской области.

Глава районной администрации на 10-й минуте разговора сообщил студентам (половина юристы, половина госуправление): «Мы живем по понятиям. А закон — это для оформления уже совершенных действий».

Это не только осознается, но и используется. Для государства, которое смотрит из центра на этот район, он предстает зоной стихийного бедствия: низкие зарплаты, безработица, возможный рост социальной напряженности. Но эта информация, которую генерируют сами районные чиновники в отчетах центру, не более чем послание: дайте деньги, иначе замаетесь с нашими проблемами разбираться.

Но на самом деле люди не так плохо живут. При официальной мизерной зарплате цены там не сильно отличаются от московских. У них там клюква, а на клюкве можно за сезон заработать, допустим, на «шевроле». Там охота. Там лес, который вырос на заброшенных землях сельхозназначения, который заготавливается, обрабатывается и экспортируется.

Естественно, что это все совсем даже не по закону, а по понятиям.

Численность населения района 15 000 человек, около 300 поселений. На все это — девять участковых, из которых шестеро работают в кабинетах, то есть на 300 поселений три участковых. Есть прокурор, примерно мой ровесник, за 60 лет, злой на всех.

Всех, говорит, сажать нужно. Там есть судья, одна на два района, хорошая, судит по справедливости. И есть нотариус, решала, все идут к ней — она решает проблемы.

Иными словами, плотная, насыщенная жизнь, роль в которой закона и его представителей пренебрежимо мала по сравнению с понятиями.

Авторитеты. Смотрящие

Они могут сказать: «Не по чину взял», «Не отдарился», «Тебе дали возможность, ты ею воспользовался, но дара с твоей стороны не было». Понятие возникает в момент разборки: «Ты ведешь себя не по понятиям». С некоторыми из арестованных и посаженных губернаторов наверняка была эта ситуация: ему сказали делиться. А он, может, даже и делился, но недостаточно, брал не по чину.

Это связано еще и со структурой русского языка, который трехдиалектный. Есть официальный язык, язык документов, — это то, что нам говорит власть. Есть язык отрицания официальности, язык, на котором кричат на протестных акциях. И есть мат.

Только владея всеми тремя диалектами, можно понять, что имеет в виду собеседник. Сделать мат официальным не получится. То, что первые лица государства, общаясь с народом, переходят на арго, свидетельствует о том же.

Значимым компонентом проблемы является еще и наносная, привнесенная культура. Сейчас — рамка английская, которая транслируется системой образования. На английском языке, который воспринимается профессиональным сообществом экономистов, социологов и обученных ими управленцев как родной, нельзя описать то, что происходит здесь.

Это не позволяет нам называть отношения, в которых мы живем, своим языком, не позволяет даже выработать этот язык. То есть язык вырабатывается, но с использованием мата.

Коррупция

Она возможна только на рынке, в отношениях между рынком и государством.

Поскольку у нас в полной мере нет ни того ни другого, то происходящее лучше описывать не как коррупцию, а как сословную ренту.

Гораздо существенней то, что борьба с несуществующей коррупцией постепенно превратилась в очень доходный промысел служивых людей, в средство передела отношений доступа к государственным ресурсам.

Закон у нас не признает сословий и иерархий. Кто главнее — прокурорские или судейские? Следственный комитет или гражданские госслужащие? Ясности нет, поэтому они и иерархизируются естественным образом, причем на каждой территории по-разному.

Где-то прокурорские под чекистами, а где-то — под Следственным комитетом. Чтобы узнать, кто выше в иерархии, нужно понять, кто кому платит, кто кому оказывает услуги. Кто выплачивает ренту, тот в положении подчиненного сословия, низкостатусного.

Рента — единственное, что связывает государство в единое целое.

Сидел как-то на одном сборище рядом с генералом из МВД. Выступала Елена Панфилова, борец с коррупцией, и рассказывала про откат как форму коррупции.

Генерал слушал, слушал, а потом толкает меня в бок и говорит: она дура, что ли? Если отката не будет, все остановится. Откат — это и есть рента. Ресурсы не распределяются бесплатно.

Претендентов на ресурсы много, среди них конкуренция. Кто получит доступ? Человек, который получает ресурс, откатывает часть дающему.

Это аналог ставки банковского процента, причем довольно близкий, с моей точки зрения.

Там есть цена денег, которые через иерархию банков поступают в розницу, причем на каждом уровне своя. А у нас то же самое с ресурсами. Есть монополист — государство, которое распределяет ресурсы. И каждый получающий ресурсы откатывает их часть в какой-то форме дающему.

В рыночной системе регулирующим механизмом служит ставка банковского процента, а у нас — репрессии. Чем выше уровень репрессий, тем ниже норма отката. И соответственно экономика крутится.

В сталинские времена был высокий уровень репрессий и минимальная норма отката. Репрессии как система исчезли, и норма отката выросла. И экономика (то, что мы называем экономикой) не развивается: ресурсы осваиваются в ходе распределения. Сейчас есть репрессии, но они эпизодические, демонстративные и не уменьшают норму отката. А если откатить нельзя, то ресурсы могут оставаться неосвоенными.

Посмотрите на размер неосвоенных средств в конце финансового года. Если есть страх репрессий, то ресурсы не доходят до мест, они просто не распределяются.

В начале двухтысячных, например, на ликвидацию последствий катастрофического землетрясения в республике Алтай были выделены весьма существенные деньги, но под жестким контролем государства. Через три года выяснилось: последствия катастрофы ликвидированы, но выделенные государством деньги не освоены, так и лежат на счетах. Потому что их нельзя было распределить по понятиям.

Если человек действует не по понятиям, то его переводят под закон. Это не анархия. Это очень жесткий порядок — жизнь по понятиям. Раньше за нарушение понятийных норм стреляли, а сейчас подводят под статью Уголовного кодекса.

У нас тысячи законов, которые весьма противоречивы. Есть еще кодексы. Но, например, Лесной и Земельный кодексы часто противоречат друг другу, причем серьезно. Чиновник на месте вынужден выбирать между применением закона.

Вот было у нас сельское кладбище, эта земля не муниципальная, а непонятно какая. На ней вырос лес, и по закону, по кадастру, эта территория отнесена к лесному фонду, но людям хоронить-то надо. Вот вам и общеправовой режим; и так в любом деле. Эти проблемы нельзя решить по закону, поэтому они решаются по понятиям.

Разумные люди всегда говорили, что не нужно торопиться с кодификацией. Нужно провести систематизацию законодательства, убрать противоречия. Но все равно поторопились, сделали кодексы. Ни один из них не работает в полной мере. У нас нет общего правового пространства. Оно разорвано, противоречиво и внутренне конфликтно.

Всякие фантазии о построении рынка и разрабатываемых всякими импортерами понятий реформах нужно забыть. Рынок сам возникает, когда государство уходит из регулирования и реформирования.

Государство хочет нам всего хорошего и поэтому ломает уклад жизни каждым своим шагом, каждым новым законодательным актом, а людей принуждают выживать в этой системе, приспосабливаться.

И жить по понятиям — по-другому не выжить.

Симон Кордонский

Источник: https://www.kramola.info/vesti/vlast/korrupciya-kak-soslovnaya-renta-pochemu-rossiya-zhivyot-po-ponyatiyam

Что значит жить по понятиям?

Как жить по понятиям

Жизнь в тюрьме подчинена не только официальным ограничениям, созданным администрацией, но и внутренним понятиям. Соблюдение последних часто оказывается важнее соблюдения официальных ограничений. Чтобы другие заключённые приняли новоприбывшего в свою касту, он должен знать, как жить по понятиям.

Кто живёт по понятиям?

Всех заключённых можно разделить на две большие группы:

  • Воры или блатные, то есть заключённые, ведущие соответствующий образ жизни. Для них тюремные срока – часть «профессиональной» деятельности. Именно такие арестанты живут по понятиям и следят за их соблюдением остальными сидящими.
  • «Мужики». Каста заключённых, совершивших преступления на бытовой почве, а также политические заключённые. Они также должны следовать ряду понятий, но только блатные вправе рассудить спорные ситуации, возникающие в реальной жизни в тюрьме.

Ключевыми среди понятий являются следующие требования:

  • В камере нужно соблюдать порядок, решая конфликты в спокойном разговоре, без драк и матерщины.
  • Не посылать других заключённых. За это можно поплатиться здоровьем, а иногда и жизнью.

Конечно же, понятий в тюрьме намного больше. Рассмотрит наиболее важные из них.

Базовые тюремные понятия

Очень важно с самого начала жизни в тюрьме соблюдать понятия. С новичка не спрашивают за них, пока не объяснят все важные нюансы поведения. А объясняют их сразу же после попадания заключённого в камеру.

Быт камеры, в которой сидят блатные, организован вокруг требования соблюдать и не ущемлять интересы сокамерников. Нельзя применять физическую силу, вымогать деньги или подавлять личность.

В тюрьме под фразой жить по понятиям понимают следование негласному кодексу поведения, который позволяет сохранить отношения между людьми и не нарушить личные принципы заключённых.

Большинство понятий основаны на здравых жизненных требованиях – не воровать у других заключённых, не оскорблять, держать слово и т.д.

Но кроме этих принципов, которые не отличаются от таковых на воле, среди тюремных понятий есть немало непонятных людям, которые не находятся в тюрьме.

Поскольку понятия не прописаны официально, то разрешением спорных ситуаций занимаются авторитетные заключённые. При таком субъективном разборе конфликтов решения, принятые разными людьми, могут существенно различаться.

Отличается и реакция тюремной администрации на различные конфликты. В случае драки в камере, когда конфликт произошёл между одним из наиболее авторитетных её обитателей и другим блатным, наказать могут всех.

Хотя, конечно, во многом ситуация зависит от роли блатных в конкретной зоне. Есть, так называемые, красные зоны, где всем управляет администрация, а есть чёрные, где администрация не вмешивается во внутреннюю жизнь заключённых.

Там всё решают уголовные авторитеты.

В ситуации избиения «крысы», то есть заключённого укравшего что-либо у другого заключённого, участников драки просто рассадят по разным камерам.

В целом тюремные понятия строятся вокруг личной свободы заключённого при условии, что она не мешает общему благу всех арестантов.

Как жить по понятиям?

Нужно чётко разделять истинные тюремные понятия и лжепонятия. Первые являются кодексом чести заключённых. Они признаются также и администрацией тюрем, поскольку позволяют поддерживать порядок в зонах.

Лжепонятия – способ вырасти в глазах других зеков за счёт кого-то. Этим способом обычно пользуются неопытные заключённые, которые не имеют реального авторитета среди блатных.

Говоря «жить по понятиям» обычно подразумевают именно блатные воровские понятия. Отрицательные «ментовские» понятия редко упоминаются в уголовном сообществе.

Человек, соблюдающий человеческие понятия, считается на зоне порядочным. Иногда по людским понятиям оценивают также обиженных и морально опустившихся блатных.

Те, кто сознательно пошёл против понятий, а не ошибочно их нарушил, считаются гадами. В тюрьме есть даже фраза «спросить, как с гада» в противовес «спросить по-братски».

“Спрос с гадов” происходит после определённых поступков с их стороны – воровства у сокамерников, стукачества, беспредела, провокации. Так же спросят и с заключённого, совершившего на воле изнасилование.

Таких арестантов, нарушивших понятия осознанно и целенаправленно, обычно опускают. Перевод в низшую касту лишает их всех прав.

Воровские понятия и законы

Нужно разделять воровские и тюремные законы. Тюремные понятия касаются всех заключённых. Для каждой касты есть свои предписания и ограничения. Воровских понятий придерживаются только отбывающие срок за кражу, то есть высшая каста блатных. К ним относятся:

Есть вопрос к юристу? Спросите прямо сейчас, позвоните и получите бесплатную консультацию от ведущих юристов вашего города. Мы ответим на ваши вопросы быстро и постараемся помочь именно с вашим конкретным случаем.

Телефон в Москве и Московской области:
+7 (495) 266-02-45

Телефон в Санкт-Петербурге и Ленинградская области:
+7 (812) 603-78-25

Бесплатная горячая линия по всей России:
8 (800) 301-39-20

  • Требование быть честным и порядочным среди своих.
  • Продвигать воровские идеи и проявлять солидарность с другими ворами.
  • Поддерживать других воров.
  • Соблюдать иерархию в сообществе.
  • Никогда не сотрудничать с тюремной администрацией и правоохранительными органами.
  • Не давать показаний и не признавать вину даже после осуждения.
  • Не предавать сокамерников.
  • Привлекать новых людей в воровскую среду.
  • Не заниматься политикой.
  • Не работать.
  • Не иметь прописки.
  • Соглашаться с признанием авторитета более опытного заключённого.
  • Поддерживать отношения с другими бывшими заключёнными.
  • Не идти на условно-досрочное погашение срока.

Помимо этого от воров требуется:

  • Предотвращать конфликты в тюрьме.
  • Не иметь семьи.
  • Уважать родителей.
  • Не ругаться матом.
  • Играть в карты, но не жульничать.
  • Не насиловать.

За соблюдением этих правил вору важно строго следить, чтобы не потерять авторитет среди других блатных.

Как жить по понятиям в тюрьме?

Что касается общих тюремных законов, то они имеют отличия от воровских, но в чём-то похожи на них. Тюремные законы требуют:

  • Отдавать долю имущества в общак.
  • Не драться с ворами в законе.
  • Не воровать у других заключённых (не крысятничать).
  • Не обвинять кого-либо без доказательств его вины.
  • Платить карточные долги в срок.
  • Уважать старших.

Эти общие понятия должны соблюдать даже те, кто не относится к касте воров.

Правила пацана

Пацанами в тюрьме называют воров подростков, которые перенимают опыт старших товарищей.

В группах пацанов принято:

  • Отвечать за свои слова («за базар»).
  • Проявлять смелость и не показывать трусость.
  • Быть готовым к драке.
  • Аккуратно одеваться.
  • Защищать территорию.
  • Не проявлять агрессию по отношению к девушкам.
  • Не нападать на незнакомого, если он идёт с девушкой.
  • Не сдавать друзей.
  • Всегда уважать мать.
  • Драться только при наличии причины и всегда честно, один на один.

Важно воспринимать такие понятия из самой жизни. Их не будут озвучивать и не скажут запомнить. Впервые попавшему в воровское сообщество нужно наблюдать за поведением его членов, чтобы понимать суть понятий в реальном поведении и повседневной жизни.

Что такое АУЕ?

Эта аббревиатура не редкость на стенах российских городов, а также на телах молодых людей. Расшифровывается она, как «арестантский уклад един».

Это своего рода субкультура, представители которой, подростки от 14 до 18 лет, которые соблюдают воровские понятия, хотя сами не были в тюрьме. Они отдают часть денег в общак.

Обычно ряды ауешников пополняют подростки из неблагополучных семей, которые имеют связи с сидевшими или сидящими взрослыми людьми.

Такие подростки обычно агрессивны, готовы к тюрьме, а часто мечтают в неё сесть, и легко идут на совершение преступлений. Саму систему правил АУЕ придумали воры в законе и распространили её среди подростков российских городов.

Им закладывают в голову идею о несправедливости жизни и о том, что именно воры могут научить подростка, как статьи достойным человеком, который будет пользоваться авторитетом. Взамен требуют не только соблюдать понятия, но и участвовать в финансировании общака.

Как правило, такое финансирование происходит с помощью совершения преступлений.

Для агитации подростков используют социальные сети, ведь не секрет, что в некоторых тюрьмах в ходу мобильные телефоны и есть доступ к интернету, вопреки официальным запретам администрации. Так блатные могут вербовать молодых сторонников.

Сегодня распространение идей АУЕ стало проблемой, ведь многие подростки под их воздействием совершают реальные уголовные преступления.

Как ответить на вопрос: «Ты кто по жизни по понятиям?»

Это очень важный вопрос, за неправильный ответ на который могут спросить, вплоть до определения в низшую касту.

В тюрьме есть четыре основные касты:

  • Блатные (босота, шпана).
  • Мужики.
  • Черти.
  • Петухи.

Самоопределение новичка в качестве представителя блатных необходимо доказать. К этой касте относят воров, следовательно не только соответствующая статья, по которой осуждён заключённый, но и соблюдение им воровских понятий, будет проверено блатными.

Назвав себя мужиком, арестант должен уважать блатных и соблюдать субординацию.

Черти и петухи – низшие касты. Принадлежащий к ним заключённый должен уведомлять об этом других заключённых, чтобы не спровоцировать с их стороны неверных действий по отношению к нему.

Если новичок ещё не определился, то стоит так и сказать. Обычно на него не давят и не торопят с принятием правил конкретной касты, главное не нарушать общих тюремных понятий. При этом нужно помнить, что они только отчасти дублируют базовые требования общечеловеческой морали (уважать других, чтить родителей и т.п.), а в остальном касаются специфических тюремных требований.

Источник: https://ruadvocate.ru/zhizn-v-tyurmax/chto-znachit-zhit-po-ponyatiyam/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.