Как выглядит колония поселение

Как отбывают наказание в колонии-поселении

Как выглядит колония поселение
stabbutВчера вернулись из колонии-поселения и эта картина стоит того, чтобы о ней расказать. Дабы не подставлять людей (как сидящих там, так и охраняющих), под карающую длань беспощадного ФСИНа, ни фотографий, ни точных целеуказаний тут не будет.

Медвежий угол

Посреди России находится бывший военный городок, – кирпичные казармы, здания клуба и штаба, солдатская чайная и плац с бюстом Ленина на высоком постаменте.

Вид у этого хозяйства не заброшенный, но унылый, потому что живут тут на огромную территорию человек тридцать осужденных (примерно пополам – мужчин и женщин), и еще примерно столько же сотрудников их охраняет. На въезде – одинокий КПП и шлагбаум, который функционирует в режиме самообслуживания.

В таких местах нужно снимать фильмы про нашествие зомби.Учреждение находится в медвежьем углу. В советские времена тут был армейский кластер, сейчас работы нет. На фоне местных жителей выделяется бизнесменша, организовавшая несколько лет назад сбор и продажу яблок. Сейчас она ездит на “Кайене”, за что ее ненавидят и проклинают.

Ничего плохого от нее люди не видели, но как сказал поэт, – “у них денег куры не клюют, а у нас на водку не хватает”. В городе есть шиномонтаж, ближайшая заправка в тридцати километрах. Еще есть магазин, в который раз в неделю привозят колонистов за продуктами.

это событие называется “уголовники жируют” и давно стало привычной частью пейзажа. Подробности закупок и, – временами, – невероятные для местных суммы затрат становятся предметом для обсуждения: “наворовали, так чего ж так не сидеть-то”.

Контингент без “понятий”

Правила тут соблюдаются. Мы к нужному человеку из числа “контингента” приехали втроем, на свидание попали только двое – в полном соответствии с инструкцией. Соответственно, оба были тщательно проверены на предмет запретов. И это нормально и правильно. Ненормально тут другое – полное отсутствие здравого смысла.

Не знаю, что бы тут снял Тарковский, но просто так он бы отсюда не уехал. И осужденные и охранники располагаются в здании бывшего штаба. Одни тут живут, вторые – несут службу. Периметра и “колючки” нет, но передвигаться осужденным можно только вокруг клумбы у входа.

Пройти хотя бы на метр дальше нельзя – нарушение, едва ли не приравненное к побегу. По бумагам все трудоустроены, но работы практически нет.Нужно сказать, что никаких “неформальных проявлений”, характерных для лагерей любого режима, тут нет в принципе.

Приезжая сюда из лагеря, осужденный оставляет там все, что имеет отношение к его неформальному статусу и образу жизни. Если попадает в лагерь обратно (например, за серьезное нарушение), то возвращается в прежнюю среду на прежних правах. Телефоном и других запретов тоже практически нет.

Нарушения караются строго – за пару лет примерно половина контингента вернулась в лагеря, – кто за пьянку, кто за телефон.

Баллада о лесопилке

Сюда регулярно с перережима приезжает кто-то, готовый что-то изменить. Воодушевленный еще одним шагом к свободе и готовый свернуть горы. После двухнедельного карантина он идет к местному начальнику и начинает предлагать варианты. Начальник тихо грустит и предлагает просто “купить корм для кур, а там посмотрим”.

Корм для кур – это важно, потому что у начальника есть план по сдаче яиц, но денег на содержание птичника нет. Поэтому куры дохнут, а начальство в печали. Летом птица кормится подножным кормом, ближе к осни начинают искать лоха, который купит хоть что-то.

Лоха, – потому что никакого ответного жеста этому человеку не будет, – даже строго в рамках закона (хотя все подобные возможности у начальника формально есть). Стоит кому-нибудь из вновь прибывших поинтересоваться, как гипотетическая покупка корма отразится на его арестантской судьбе, начальник грустнеет и называет собеседника “сволочью, развалившей Советский Союз”.

Логики в этих словах никто давно не ищет.Нужно признать, что вот такие инициативные арестанты сломали начальнику жизнь. Лет пять назад один активный сиделец организовал тут лесопилку. Пока он ей занимался сам, было все хорошо, потому что сырье закупали.

Потом человек освободился и начальник вмешался в производство – приказал организовать вырубку близлежащего леса силами контингента. Местные лесники сильно удивились и обратились в компетентные органы. Сейчас начальник ждет приговора и надеется на амнистию. От должности он при этом не отстранен, лесопилка ржавеет, немногие пережившие холода куры отъедаются на вольном корму.

Провожавший нас сотрудник безнадежно и уныло, просто “на всякий случай, а вдруг”  поинтересовался: “а вы нам комбикорм не купите? Вот машина у вас какая дорогая… А то не ровен час, в жизни все бывает, попадете к нам, ну а мы тогда примем со всей душой, а то куры вот по осени опять дохнуть начнут.”

stabbutСегодня был в Мосгорсуде, слушалась апелляция на решение суда об отказе в УДО. Там перед заседанием есть такая процедура – секретарь выходит и уточняет, все ли участники на месте. Получив от очередного адвоката подтверждение, предупреждает: “далеко не уходите, вашего уже доставили”. Это – если личное присутствие, а не видеоконференция с соответствующим СИЗО.И подумалось мне, что практически никто, кроме самих сидельцев, не видит эту процедуру с другой стороны. Так сказать, не парадной.

Все начинается с вечера. Продольный откроет “кормушку” (маленькая дверца в двери камеры) и объявит “судовых”, – тех, кого на следующий день вывезут в суд. Из камеры их выведут часов в семь утра. Сначала им предстоит ожидание в одной или двух (в зависимости от СИЗО) “сборках”, – камерах для временного размещения.

Люди там стоят зачастую, как в метро в час пик (или как сельди в бочке – кому что нравится). Почти все при этом курят. Но утреннее ожидание недолгое – не больше часа или полутора. Постепенно подсудимых рассаживают по автозакам, – в зависимости от маршрута, который определяется “остановками” – несколькоми районными судами, расположенными по ходу следования.

Мосгорсуд – это одна из таких остановок. Вечером маршрут повторяется в обратном направлении и часам к семи вечера (если повезло) или к одиннадцати (если не повезло) “судовые” оказываются снова на “сборках” в своих СИЗО. Обстановка еще более “уплотненная”, чем утром, и в этот раз ждут они значительно дольше. В камеру могут попасть и к двенадцати ночи и даже к часу.

Тем, у кого несколько судебных заседаний в неделю, это очень тяжело физически. Тем более, что камеры в Мосгорсуде неудобные – размером с, извините, туалетную кабинку хорошего ретсорана. Сидеть можно, лежать уже – только свернувшись калачиком, Обычно там сидят по двое, что ситуацию усугубляет. Но суд первой инстанции в Мосгоре – явление нечастое.

как правило, сюда едут на апелляцию, после которой приговор вступает в законную силу и привет, – этап и лагерь.

И вот почему-то именно в Мосгорсуде происходят какие-то абсолютно кинематографические ситуаци с арестантами и теми, кто их охраняет.

Из автозака арестанты проходят в небольшое помещение на обыск и уже потом – по камерам, ждать суда. Заходит на шмон молодой парень, на вид – лет семнадцать-восемнадцать.

И происходит у него с принимающим “контингент” сержантом такой разговор:

Арестант: Иванов Иван Иванович

Сержант:  Вот, есть Иванов. Откуда?
Арестант: Я с “Кошкиного дома” (отдельно стоящее здание на Бутырке – местная “дурка”).
Сержант:  Ясно, так, статья… ого, сто пятая! Это ты кого убил-то?
Арестант: Однокласника.
Сержант (оживленно): Списать не дал?
Арестант: Не, сестру изнасиловал.
Сержант (задумчиво): Ну, может и правильно тогда… А что это еще вот статья тут у тебя – вещички что-ли прихватил?
Арестант: Мы с другом когда его зарезали, взяли что в квартире было, – что добру пропадать.
Сержант (нравоучительно): А вот это зря. Неправильно это – вещи брать! Не пойму я нынешнюю молодежь, мы вот такими не были… Ладно, проходи. Следующий!Не менее интересно бывает в автозаке, стоящем около Мосгорсуда. Ожидание это может быть долгим и ситуации там происходят разные. Например, однажды в одно отделение автозака завели человекдесять мужчин, в другом поместили единственную женщину, также обитательницу “Кошкиного дома”. Потом выяснилось, что ей под тридцать, зовут Полиной, сидит за покушение на убийство. Понятно, что такое соседство провоцирует общение и с ей начинает разговор дагестанец (нагловатый и дерзкий, из тех, кто считает себя будущей звездой криминального мира, не иначе) лет двадцати:

Дагестанец: Слушай! Как тебя зовут? Привет, да!

Полина: Добрый вечер.
Дагестанец:Такой голос у тебя красивый, давай дружить!
Полина: А вам сколько лет, молодой человек?
Дагестанец: Зачем так строго?  Мне двадцать лет, да?
Полина: А мне тридцать с лишним (тут в ее голосе начинает прорезываться явная ирония)
Дагестанец: За что сидишь? Какая беда? (Часто так и говорят – “какая беда”,подразумевая статью УК).
Полина: Сто пятая. (Убийство).
Дагестанец: Серьёзно… (Про свою статью дагестанец при этом не говорит, понимая, что хвастаться “отжатым” у школьника телефоном не стоит. Но и разговор продолжать надо, поэтому он резко меняет тему).
Дагестанец: Слушай, а как вы там сидите, что делаете?
Полина: Нормально сидим, также как и вы.
Дагестанец: А говорят, вам морковку только тертую можно в передачах передавать! (Юный горец в восторге от своего остроумия).
Полина: Глупости это. Хотя из мужских хат нам морковку присылают, в шутку.
Дагестанец: А вы что?
Полина: Мы баранки по дороге в ответ шлем.
Дагестанец: О, так у вас и дороги есть? (Дагестанец явно удивлён – дорога это один из обязательных атрибутов “порядочной хаты”).
Полина: Конечно есть, я вот на дороге стою.
Дагестанец: Но смотрящего за хатой у вас нету? (Для дагестанца уже дело принципа найти какую-нибудь неполноценность в женском тюремном сообществе.)
Полина: Нету, у нас это называется “старшая”.
Дагестанец: Да, вот заехать бы к вам на недельку, навести порядок, чтобы все по правильному (горец искренне считает себя при этом настолько опытным и знающим сидельцем, что и вправду готов учить других “арестантской жизни”).
Полина: А вот это да, это нам нужно очень. Мы же на самом деле курицы глупые.
Дагестанец (довольно поддакивает): Да, курицы глупые!
Полина: Так что порядок в нашем курятнике может навести только настоящий петух.Дальше раздается громовой хохот. Беседу слушали очень внимательно и теперь над дагестанцем смеются все, включая конвой. Горец, весь красный, пытается что-то сказать, открывая рот как рыба, но его не слышно…

К этому моменту судьи, адвокаты и все прочие обитатели Мосгорсуда давно разъехались по домам. Конвой и сидельцев ждут московские пробки. Ну а по прибытии в СИЗО и их дороги разойдутся.

Page 3

|

stabbutВ 1996 году “Кока-Кола” подготовила солидный пресс-кит о развитии в России. Проблема была в том, что тексты сначала писали по-английски, а потом переводили на русский. И открыв материалы, наши журналисты прочитали следующее:

“В ближайших планах компании – сосредоточить весь бизнес под одной крышей в Солнцево”. В 1996 году это был очень жизненный план:))

Источник: https://stabbut.livejournal.com/16514.html

Что такое колония-поселение

Как выглядит колония поселение

Российское законодательство предполагает варьируемые меры пресечения преступников, в зависимости от тяжести совершенных ими действий. Колония-поселение — это разновидность учреждений, в которых отбывают наказания лица, совершившие преступления средней или легкой степени тяжести, либо по неосторожности.

Общие сведения

Исполнительные органы РФ понимают, что нецелесообразно помещать злостных преступников вместе с теми, кто оступился по неосторожности, либо без злого умысла.

Поэтому была реализована система отбывания наказания в зависимости от тяжести совершенных преступлений.

Заключение в колонии поселении действует в тех случаях, когда невозможно применить к осужденному условное заключение, либо вовсе избавить от фактического лишения свободы.

Данная форма заключения имитирует искусственную среду реального общества, при этом она имеет ограниченный ареал и наполнена штатом надзирателей (сотрудников гос. служб, которые следят за соблюдением норм и правил поведения).

Такая среда позволяет осужденным приспосабливаться к новым условиям обитания без чрезмерно жестких коррекционных мер (как в тюрьмах). Она подталкивает заключенных к мирному сосуществованию друг с другом и реабилитации в обществе.

Все жители поселений обеспечены всем необходимым для удовлетворения собственных нужд.

задача, которую государство ставит перед такой формой заключения – это подталкивание заключенных к высокой самодисциплине и соблюдению правил, которые должны привести к исправлению этих индивидов и реабилитации в обществе.

Расположены колонии-поселения преимущественно в лесистой местности восточных и северных регионов нашей страны (в основном в Сибири и на Дальнем Востоке).

Территория обычно не имеет ограждений (за редким исключением), что создает впечатление простого населенного пункта. Пренебрежение охранительными действиями компенсируется за счет высокой удаленности от городов.

Обычно поселения представляют собой деревообрабатывающие артели, расположенные в глубокой лесополосе.

Другая значимая роль колоний поселений для страны заключается в обеспечении дешевой рабочей силы добывающей промышленности. Не так много людей соглашаются уезжать в сибирские дебри ради работы в деревообрабатывающей сфере.

Компенсация нехватки рабочих рук за счет осужденных положительно сказывается на экономике страны в целом.

Отсутствие выбора у заключенных и их необходимость в заработке позволяет работодателю (в данном случае государству) диктовать свои условия.

Разновидности колоний-поселений

Четкой классификации данного вида учреждений нет, их разделяют относительно заключенных, для кого они предназначены:

  • Поселения щадящего режима. В них направляют тех, кто совершил преступления по неосторожности, либо в силу обстоятельств (аффект, давление со стороны третьих лиц и т.д.). Также они предназначены для совершивших преступления с умыслом, но тяжести не выше средней степени.
  • Поселения, предназначенные для заключенных, отбывающих наказание в колониях общего или строго режима, которые заслужили своим хорошим поведением смягчения меры пресечения. Обычно в подобных учреждениях повышенные меры охраны.

Описанное деление условно, и допустимы случаи, когда в одном и том же учреждении могут отбывать наказания индивиды, причисляемые к обоим типам.

Особенности исполнения наказания

В колониях-поселениях наказание как таковое отсутствует. Данные учреждения сильно напоминают обычную вахту в деревообрабатывающей промышленности. Здесь некий ареал состоящих из людей, занимающихся общим делом.

Надзиратели практически отсутствуют, нет тотального контроля со стороны руководства.

Единственные ограничения, характерные для данных учреждений, заключаются в проверке способности заключенных к ведению нормального образа жизни, то есть без антисоциального поведения и превышения рамок дозволенного.

Зачастую некоторые обитатели поселений, которые были переведены из исправительных колоний строго или общего режима не относятся серьезно к новому месту пребывания. В результате они самовольно его покидают. В этом им помогает отсутствие ограждений на территории и охранительных элементов.

Однако колонии-поселения всегда располагаются на серьезном удалении от населенных пунктов. Обычно это безлюдная лесистая местность, в которой практически отсутствует гражданский курсирующий транспорт. В таких условиях значительно облегчается процесс поиска пропавших нарушителей.

Режимы содержания

Четкой классификации режимов содержания в колониях-поселениях нет. Тем не менее, к нарушителям имеющихся правил могут быть применены дисциплинарные санкции, одной из которых является запрет на покидание пределов общежития в нерабочее время сроком до 30 дней.

Общежитие в колонии-поселения представляется обычной формой проживания без каких-либо суровых ограничений свобод. Однако семейные пары (не обязательно муж и жена, допустимо родитель с детьми) могут арендовать себе недвижимость в границе колонии или прилегающего населенного пункта. Для этого им нужно удовлетворять 2 требованиям:

  • Иметь положительную характеристику с места бывшего пребывания. Недопустимо нарушение режима.
  • Осуждены не по насильственным статьям (убийство, разбой, покушение и т.д.). Иными словами, вышестоящие инстанции должны убедиться, что эти индивиды не представляют опасности для общества, и не примут попытки к бегству.

Добившись разрешения на аренду жилья, осужденные подпадают под режим облегченного содержания, который предполагает лишь обязательную трудовую повинность.

Все осужденные, живущие вне пределов колонии, обязаны раз в неделю являться на отметку (подобно той, что имеет место при условном наказании).

При этом им нельзя допускать поведения, которое противоречит нормам общества и правилам исправительного учреждения. В случае нарушения режима они снова помещаются на проживание в колонию.

Условия отбывания

Согласно УК РФ, заключенные в колониях-поселениях отбывают наказание на следующих условиях:

  • Обитатели не находятся под пристальным контролем надзирателей (в отличие от исправительных колоний). Это связано с тем, что попросту отсутствует процедура конвоирования и постоянный надзор. Заключенные могут беспрепятственно перемещаться по территории учреждения и сопредельного населенного пункта (только в том случае, если данное поведение согласовано с руководством).
  • Отсутствуют какие-либо ограничения на получение посылок. Это позволяет обитателям вести полноценную жизнь. Разумеется, есть ограничения на посылки, которые могут повлечь за собой ведение антисоциального образа жизни. Иными словами, получения алкоголя и наркотиков недопустимо.
  • Форма одежды – гражданская, и не имеет каких-либо идентификационных отличий (группа крови, статья и т.д.). Таким образом, отбывающие наказание не выделяются среди окружающих, что положительно сказывается на их эмоциональном состоянии.
  • Разновидности поселений по гендерному признаку: мужские, женские и общие.

Администрация учреждения имеет право в любом момент без предупреждения провести обыск. Если будут обнаружены запрещенные предметы, то к их «хранителю» будут применены дисциплинарные санкции, вплоть до помещения в исправительную колонию.

Вне зависимости от материального положения осужденного, трудовая деятельность является обязательной. Её главное предназначение заключается в коррекции психологии личности. Трудовая повинность должна выработать в каждом обители колонии принципы самодисциплины и ответственности.

Несмотря на принудительный порядок такой деятельности, она подчиняется законам Трудового Кодекса РФ. Продолжительность рабочей смены не превышает 8 часов (за редким исключением). В свободное от работы время осужденные могут заниматься общественной деятельностью и даже обучаться новым специальностям (во многих колониях специально для этих целей имеются образовательные учреждения).

На видео о колониях-поселениях

Наличие колоний-поселений дарует государству (и социуму в целом) как минимум 2 положительных момента. Первый – это обеспечение проблемных отраслей (деревообработка одна из таких) дешевой рабочей силой. Второй – возможность для людей, однажды оступившихся, встать на путь исправления и реабилитироваться в обществе.

Источник: https://ru-act.com/ugolovnyj-kodeks/lishenie-svobody/chto-takoe-koloniya-poselenie.html

Не курорт, но и не зона

Как выглядит колония поселение

Люди часто спрашивают, чем отбывание наказания осужденных в колонии-поселении отличается от обычной колонии.

Чтобы выяснить это, репортерская группа «Пятницы» побывала в колонии-поселении № 51, расположенной в поселке Плишкино, в 10 километрах от Иркутска.

Это учреждение было создано на базе обычной колонии, которая существовала в поселке с тридцатых годов прошлого века. В настоящее время здесь содержатся около двухсот осужденных.

УДО надо заработать

В отличие от других учреждений ГУФСИН, колония-поселение является наиболее лояльным видом наказания. Обычно такая мера назначается гражданам, впервые преступившим закон или совершившим преступление небольшой степени тяжести. Логика в том, чтобы не помещать человека сразу в криминальную среду. Конечно, условия здесь не курортные, но это и не зона в привычном понимании.

Наше знакомство с учреждением началось с поездки по объектам, где трудятся осужденные колонии-поселения. Первый объект — цех по производству бумажных салфеток и туалетной бумаги. Довольно просторное и светлое помещение в предместье Марата.

На стенах — большие картины с пионерской тематикой, видимо, оставшиеся с 80-х годов прошлого века. На линии работали десять человек, мужчины и женщины. Работа несложная: знай себе следи, складывай и упаковывай. Шумновато только немного.

Обратили внимание, что все женщины ухожены, с модными стрижками и украшениями.

— Это один из производственных объектов, которые нам предоставляет администрация колонии-поселения, — объяснил Константин, осужденный из Самары. — Приезжаем утром, работаем 8 часов, есть еще вторая смена, потому что процесс непрерывный. Лично я доволен, до освобождения остался год, и, возможно, удовлетворят мое заявление на УДО (условно-досрочное освобождение. — Прим. ред.).

— А работу можно выбирать или едете, куда пошлют?

Константин объясняет, что администрация трудоустраивает осужденных с учетом возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Иногда по выбору. «Мы стараемся в грязь лицом не ударить. Работа — это один из главных шагов к нашему освобождению», — добавляет осужденный.

Молодая женщина по имени Татьяна на вопрос о зарплате ответила, что, конечно, это не миллионы, но на жизнь вполне хватает. Деньги работодатель перечисляет на лицевые счета.

— Работаем дружно, условия нормальные, наш повар очень вкусно готовит, — сказала Татьяна и пошла показывать кухню, оборудованную в бывшей подсобке.

Возле плиты хлопотала яркая женщина Рубина. Что поразило: на столе апельсины, мандарины и даже ананас. Женщина рассказала, что суд ей дал 20 лет колонии. Первую половину срока отбывала на зоне.

Больше всего переживала, что годы идут и она не успеет родить. К счастью, на 38-м году ей удалось забеременеть. Родился ребенок, и Рубину перевели на поселение.

Теперь она работает на кухне и надеется на УДО.

— Все делаю: обед, ужин, стряпаю для двух смен. Я здесь, в поселении, окончила училище и получила специальность повара, а так мать всю жизнь меня учила готовить.

Рубина не рассказала, за что ей дали такой большой срок. Зато она четко по памяти знала все законы: какие бывают виды отсрочек наказания, когда можно просить УДО. Удивило, что она буквально по глазам считывала вопросы: ты еще только соображаешь, как сформулировать, а она уже отвечает. На щекотливый вопрос о жизни после выхода на свободу она ответила: «Мы хотим с мужем открыть кафе».

За все время пребывания в цехе мы не увидели ни одного охранника. Непривычно это. Как пояснил сопровождавший нас заместитель начальника колонии-поселения по воспитательной работе подполковник внутренний службы Валерий Орбодоев, отбывающие наказание находятся не под охраной, а под надзором. Сотрудники колонии периодически приезжают, проверяют, все ли в порядке.

— Здесь стоят видеокамеры, и мы прямо из колонии наблюдаем за ними.

Слом всех штампов! Впрочем, и сам Валерий Михайлович, его облик и манера говорить тоже мало соответствуют обывательским представлениям, как должен выглядеть сотрудник ГУФСИН. У него спокойный голос, обаятельная улыбка. И с осужденными он говорит по-человечески, не повышая голоса.

Депо и ферма

Второе место работы осужденных из колонии-поселения находится на железной дороге. В здании депо между специальными конструкциями с лестницами и переходами стояли вагоны электричек. Их-то и моют осужденные.

Анна, технолог клининговой компании, рассказывает, что фирма заключила договор с колонией-поселением на оказание услуг.

— Работа заключается в уборке пригородных электричек внутри и снаружи. Я работаю почти четыре года и, честно говоря, предпочитаю работать именно с колонией-поселением. Люди безотказные, и качество работы намного лучше. У меня с ними не было особых проблем за все это время.

Утром колонистов привозят в депо, выдают инвентарь, средства защиты. Женщины убирают внутри, мужчины — снаружи. Рабочий день длится 8 часов, затем они моются и едут к себе. Обед привозят с собой, здесь есть все необходимые условия для этого.

Одна из осужденных, девушка Катя из Читы, рассказала, что работает на мойке уже 9 месяцев. Ее напарница, тоже Катя, родом из Иркутска. Ей легче, она может ездить на побывку домой, видеться с родными. При этом, что удивительно, в манерах и словах девушек совсем не чувствовалось специфического тюремно-криминального налета.

Осужденные рассказали, что им нельзя иметь мобильные телефоны (очевидно, это один из видов ограничения контактов с внешним миром), однако можно звонить близким в установленное время по таксофону. А родные постоянно приезжают к ним на свидания.

После депо нам показали еще одно место работы осужденных — ферму. Она находится в самом поселке Плишкино. Как сказал Валерий Орбодоев, ферма была построена в 30-х годах прошлого века, когда здесь находилась сельскохозяйственная колония «Нива». Сейчас здесь разводят свиней, коров и лошадей. Обслуживают это хозяйство 20 человек. Охраны тоже нет нигде, даже на входе.

— Я деревенский вообще-то, все умею: кормить, поить, даже роды принимать. Сейчас у нас 16 коров, есть стельные, есть дойные и в запуске (коровы, которых перестали доить перед их новым отелом. — Прим. ред.). А там у нас лошади, — рассказал осужденный Василий, показывая в сторону загона, — мы их используем по хозяйству: привезти, увезти.

Благодаря ферме в учреждении всегда есть свежее молоко и мясо.

Жить можно

Вход на территорию колонии-поселения: ни вышек, ни трехметровых заборов, ни охранников с оружием и собаками — везде видеонаблюдение.

Первое, что мы увидели внутри, это магазин, в котором можно купить все необходимое: продукты, посуду, канцелярские товары, белье и предметы личной гигиены.

Продавец пояснила, что у осужденных особенным спросом пользуются печенье и мороженое. Действительно, ларь для мороженого был почти пуст.

— Если осужденным надо что-то определенное из продуктов или предметов гигиены, я записываю и привожу. Алкоголь? Ну что вы, это исключено.

Вдоль дорожки к корпусам стоят хорошие капитальные теплицы. Юлия, сотрудник ГУФСИН, говорит, что особенно хороши местные помидоры. Если купить здесь рассаду, то можно быть уверенными в качестве. Видимо, сорт хороший или технология правильная.

С правой стороны — спортплощадка. Занимайся спортом сколько угодно. И вообще по территории учреждения осужденные могут перемещаться свободно.

Естественно, никаких лагерных бараков. Осужденные живут в полностью благоустроенных двухэтажных общежитиях. У каждого осужденного есть шкафчик для личных вещей. Кругом цветы. Большая спальня. Все необходимые бытовые условия, у многих таких условий не было на воле.

В женском блоке дневальная Ольга показала кухню, оборудованную двумя электрическими плитами, холодильником и микроволновой печью. В основном здесь пьют кофе-чай.

Есть комната для отдыха с телевизором, библиотечкой и швейной машинкой. Кстати, если у читателей имеются книги, которые давно прочитаны, и есть желание их подарить, то здесь, в Плишкино, им будут очень рады.

То же касается и DVD-дисков с фильмами.

Из спальни — вход в душевую. Все кабинки разделены.

У мужчин все точно так же. Когда мы зашли на их половину, они смотрели фильм «Белая гвардия». На столике в красном углу стояли иконы, много икон. Что же, видимо, у людей наступил момент полностью переосмыслить свой жизненный путь.

Столовая — как обычная гражданская, с довольно неплохим меню, всякими салатами и аппетитной выпечкой. На кухне работают также имеющие квалификацию или прошедшие обучение осужденные. Готовят отлично, во всяком случае булочки с творогом и карамелью буквально таяли во рту. Здесь же делают чебуреки, манты, пельмени и другую продукцию на продажу.

Валерий Михайлович говорит, что осужденным очень важно не замыкаться в своем кругу, для этого в колонии-поселении регулярно проводятся встречи с путешественниками, писателями, психологами. Имеется современный видеопроектор для показа фильмов и видеопрезентаций. Встреч с интересными людьми осужденные очень ждут, для них они — окно в большой мир.

Кстати, по итогам работы за 2016 год колония-поселение в Плишкино заняла первое место среди колоний-поселений Иркутской области, и в качестве поощрения те, кто добросовестно работал и хорошо вел себя, съездили на экскурсию в Листвянку. Валерий Михайлович показывает стенгазету с фотоотчетом об этой поездке.

— Представьте, многие из них прибыли из других регионов России, и у них было мало шансов увидеть Байкал. Конечно, они были очень рады, получили массу положительных впечатлений.

Вот так выглядит жизнь осужденных в колонии-поселении. Безусловно, здесь порядки намного мягче, чем на обычной зоне. Осужденные могут работать, носить гражданскую одежду, иметь при себе деньги и ценные вещи, встречаться с родственниками. То есть говорить о полной изоляции от общества невозможно.

Но, естественно, всем не угодишь: правозащитники, например, считают, что колонии-поселения — это пережиток советских времен. Но, с другой стороны, даже они признают, что это один из самых гуманных способов изоляции от общества.

цель наказания в том, чтобы человек, впервые или по неосторожности совершивший преступление, не втянулся в тюремщину, не перенял криминальный образ жизни. Поэтому осужденные, отбывающие наказание в Плишкино, в большинстве выглядят нормальными людьми, а не зеками.

И у многих хорошие шансы, выйдя на волю, жить нормальной законопослушной жизнью. А в нашей стране это особенно актуально, ведь, как говорят, от тюрьмы и от сумы… С каждым может это случиться.

История создания

Прообразом колоний-поселений стал переходный исправительно-трудовой дом. По Указу Президиума Верховного Совета РСФСР от 26 июня 1963 года были образованы исправительно-трудовые колонии-поселения. С 1997 года они носят название колонии-поселения.

Уголовно-исполнительный кодекс РФ 1997 года предусматривал колонии-поселения двух типов: для лиц, совершивших преступление по неосторожности и осужденных на срок не более 5 лет; для положительно характеризующихся заключенных, переведенных из колоний общего и строгого режима.

В колонию-поселение можно попасть за хулиганство, кражу, драку без особо тяжких последствий. Особенно много в таких колониях водителей-лихачей, из-за которых в дорожно-транспортных происшествиях пострадали люди. Всего в России в настоящее время насчитывается 160 колоний-поселений.

Фото СЕРГЕЯ ИГНАТЕНКО

Источник: http://baik-info.ru/ne-kurort-no-i-ne-zona

Колония-поселение №1. Часть вторая

Как выглядит колония поселение
?

saufaus (saufaus) wrote,
2012-04-12 02:45:00 saufaus
saufaus
2012-04-12 02:45:00 Categories: О том, что в этой обычной пятиэтажке, расположенной в самом центре Тольятти, находится колония-поселение, знают совсем немногие горожане.

После первого репортажа из-за решетки пришла масса отзывов, смысл которых сводился к одному: «Тысячи раз проходили и проезжали мимо, даже не догадывались о том, что это колония». Что совсем неудивительно – никаких заборов и колючей проволоки нет, здание колонии – типовое общежитие, коих немало по соседству.1.

Но, попав внутрь, ни на минуту не забываешь, что это исправительное учреждение, что здесь содержатся преступники, которым суд назначил наказание в виде лишения свободы. Пусть даже колония-поселение – самый мягкий вид заключения под стражу, ограничения личной свободы здесь на каждом шагу.

Вся жизнь жестко расписана и регламентирована, на каждой стене обязательно висит информационная доска с перечнем ограничений. Длинный коридор, проходящий насквозь через все здание, остался в наследство от проекта общежития. Но в общежитии можно хоть в комнате за закрытой дверью почувствовать себя хозяином собственной жизни.

Здесь – в дверях прорезаны окошки, в которые всегда могут заглянуть. Сотрудник в любую минуту может зайти в комнату, приветствовать его нужно стоя. Даже нас с фотокором, если мы первые входили в какое-нибудь помещение, всегда встречали вставанием. Правда, первыми в комнату мы вошли всего дважды – в закрытую до того столовую и актовый зал, где в это время шло какое-то занятие.

Во всех остальных случаях, когда в комнате могли находиться осужденные, вперед шел заместитель начальника колонии Александр Бахтин, пригласивший нас на эту экскурсию. Да, Александр уверял нас, что в колонии содержатся мелкие воришки, алиментщики и аварийщики – люди по определению неагрессивные, но… служба есть служба, и безопасность гостей превыше всего.

2. Жизнь регламентирована “от и до”. На каждой стене – обязательно стенд.
3. Фотографировать осужденных можно только с их согласия. Но желающих найти вряд ли получится – никому не нужна такая реклама. Поэтому это единственный кадр, где есть заключенные, но и то со спины. Это – актовый зал.В принципе, лет 10-15 назад можно было легко встретить осужденных из этой колонии на каком-нибудь городском предприятии среди рабочих. Режим позволяет осужденным работать в городе, что они охотно и делают.– Раньше многие наши осужденные работали в ЖЭКах Центрального района – слесарями, сантехниками, кем только не работали, – вспоминает Бахтин. – Но с приходом управляющих компаний жилищно-коммунальные предприятия перестали с нами взаимодействовать.
4. Столовая. Здесь кормят осужденных, пока те не выйдут на работу и не перейдут на самостоятельное питание.

– На работу отправляете большими группами и под присмотром. Это обязательное условие?

– Контроль обязателен.В этом месте нужно сделать трагическую паузу, чтобы читатель смог задуматься о том, что беспокоит заместителя начальника исправительного учреждения. Подумали? Решили, что заключенные совершат дерзкий побег? Поздравляю – вы ошиблись! Вот что на самом деле волнует Александра Бахтина:– В первую очередь контролировать нужно осужденных, которые употребляли алкоголь или наркотики. Мы ведь не лечебно-профилактическое учреждение, которое имеет своей целью вылечить наркоманов. Да, первое время мы держим осужденного под присмотром постоянно, чтобы у него прошел период ломки. И только потом трудоустраиваем. Но вы же прекрасно понимаете, что, если он живет в Тольятти, у него остались друзья, сбытчики. И, скорее всего, он будет предпринимать какие-то действия, чтобы, оказавшись за пределами колонии, опять употребить наркотические вещества. Ломка у них прошла, но психологическое пристрастие осталось. Надзор – он в первую очередь для этого. То же самое и для лиц, которые злоупотребляли спиртными напитками. С надзором проще и работодателю. Он знает, что наши сотрудники выезжают на объекты, обеспечивают порядок, в случае чего – спрос будет с них.

– В том числе надзор нужен, чтобы предотвратить побеги?– Да. Но не нужно думать, что убегают как в кино – меняют документы, место жительства, тратят большие суммы. Нет, конечно же. Это и побегом-то назвать сложно.

«Добегает» максимум до своего дома, его потом там пьяным и находят. Хуже, когда осужденный проживал на территории области – это затягивает розыск на день-два, на то время, пока он доберется до дома. Из-за неурядиц в семье бегут.

Или к любимой девушке, которая почему-то не звонит уже два дня или письмо не прислала. Вот такие у нас побеги.

5. Так как своей кухни в столовой нет, еду привозят в термосах из следственного изолятора. Точно такие же термоса были в столовой моего батальона в солнечном Забайкалье. Вообще аллюзии с армейской жизнью возникали постоянно. И не всегда в пользу армии.
6. Перевоспитание прекрасным, надо полагать.

– На работу как добираетесь? Общественным транспортом?

– Договариваемся с работодателем, возим на автобусе. Своим ходом уже лет пять-шесть не отпускаем. Потому что контингент поменялся.

– Что значит «контингент поменялся»?

– В худшую сторону. В 2003 году, когда я пришел сюда работать, здесь преобладали алиментщики и аварийщики. С ними проблем не было. Не поверите, некоторые из них из колонии уезжали на новеньких автомобилях – с нашей зарплаты накапливали и покупали. Сейчас, начиная где-то с 2005 года, в основном мошенники и воришки, наркоманы. С ними проблем больше.

7. Отслужившие в армии поймут, почему я сделал это фото ))
8. Кухня, где осужденные готовят сами.
9.Для «проблемных» осужденных на первом этаже устроен штрафной изолятор. В ШИЗО две камеры, одна из которых в день нашего визита была занята. На стене – уже привычная информационная доска, на этот раз с карточками осужденных, склонных к насилию. Таких всего 19 из почти 300 человек. В камере – пристегивающаяся к стене койка, «удобства» в углу за низенькой перегородкой. Окно забрано решетками в несколько слоев, через которые с трудом пробивается солнце, – практически единственный по-настоящему тюремный уголок в колонии.В остальном же тольяттинская колония-поселение удивительным образом напомнила мне службу в армии. Только все гораздо чище. У нас в казарме, например, портяночный дух выветрить было совершенно невозможно. Здесь же даже в санузлах не пахнет совершенно ничем, даже хлоркой. Туалеты – как в обычной общаге, расположены в конце коридора. Рядом, уже как в армии – тумбочка дневального с распорядком дня. Так же, как и в моем армейском батальоне, на первом этаже колонии – продовольственный магазин с улыбчивой продавщицей. Ассортимент, прямо скажем, побогаче, чем в мои армейские годы, но тогда и в стране голоднее было. Цены, кстати, городские, закупаются на тех же складах и базах. В магазине осужденные покупают продукты, так как начинают питаться сами, едва выйдут на работу. Готовят на кухнях, чистоте которых позавидует самая придирчивая хозяйка.
10.
11. Туалет. В нем даже хлоркой не пахнет.
12. Дверь комнаты. Окошко обязательно, а вот засова снаружи нет.
13. Комната осужденных. В армии все мои многочисленные казармы были заставлены двухэтажными кроватями. Спать на обычной койке было нереально круто.
14. Комната эмоциональной разгрузки. Здесь же работает психолог.
15. Магазин на первом этаже и его улыбчивая хозяйка.
16. Телефон на входе в здание – единственное средство связи с внешним миром, мобильные запрещены.
17. Камера штрафного изолятора – ШИЗО. На двери – карточка, значит камера не пустует.
18. Вторую – пустующую на момент нашего визита, открыли, чтобы мы смогли увидеть и эту сторону жизни колонии.Завершить знакомство с жизнью осужденных правильнее всего будет рассказом о комнатах для долгосрочных свиданий с родственниками. Это, конечно, не трехзвездочный отель, но право слово, если вам приходилось жить в советских гостиницах или отдыхать на море в «частном секторе», то можете позавидовать здешним условиям. Телевизор, холодильник, довольно приличная мебель. И все это – за 30 рублей в сутки, так как за проживание родственников деньги брать нельзя, плата берется только за пользование бытовой техникой. Проживать можно три дня – столько длится долгосрочное свидание. Но если осужденный зарекомендовал себя с положительной стороны, начальник колонии может подписать и второе заявление подряд.Впрочем, нет. Завершить рассказ о колонии-поселении №1 нужно тем, с чего он был начат, – здесь ни на минуту не забываешь, что это исправительное учреждение, место лишения свободы. Свободы, которую невозможно заменить никакими бытовыми удобствами, даже золотая клетка – все равно клетка.

Берегите себя!

19. Напоследок – несколько советов с памятки, размещенной на стенде психолога.
Если вам понравилась эта публикация, можно нажать на кнопочки социальных сетей – пусть ваши друзья тоже почитают хорошее! Колония, Тольятти

Источник: https://saufaus.livejournal.com/35682.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.