Как люди сидят в тюрьме

Быт в российской тюрьме –

Как люди сидят в тюрьме

Тюрьма — это всегда плохо, но это не самое страшное, что может с человеком произойти. Тюрьма — конечная вещь: она рано или поздно проходит.

Анна Клименко

Координатор благотворительного фонда “Русь сидящая” в Санкт-Петербурге

По данным ФСИН на 1 мая 2020 года в российских уголовно-исправительных учреждениях содержится 511.030 человек.Это число почти равно населению Таллина и Люксембурга вместе взятых.

Около трети осужденных отбывают сроки от 5 до 10 лет.

Столько же — выходит условно-досрочно или в связи с заменой наказания на более мягкое.

Большая часть людей, попавших за решётку, отсиживает срок до конца.

При этом более 50% осужденных вернётся в тюрьму снова.

Мы поговорили с бывшими заключёнными и с теми, кто находится за решёткой сейчас, узнали, как работает благотворительность в колониях, и составили расписание дня, проведённого на зоне. Но для начала предлагаем разобраться в системе уголовно-исправительных учреждений и понять, чем зоны отличаются друг от друга:

Во многом тюремный быт зависит от колонии, в которую попадает заключённый.
Все лагеря разные, найти два одинаковых — невозможно. 

Помимо этого на правила внутреннего распорядка влияет режим, условия содержания, администрация, сокамерники.

Зеки-первоходы по-другому себя ведут, нежели те же второходы.
Было намного комфортнее сидеть со вторыми: они стараются обустроить быт как дома. Веник из подручных материалов сделают, мешать тебе не будут.

Руслан Вахапов

Бывший заключённый ИК-1 Ярославской области

Работы мало. Зарплаты рублей по сто. Некоторые сами платят, чтобы работать. Это делают для личного пространства хоть какого-то и чтобы в душ лишний раз сходить. Но главное: в твоём деле будет указано, что ты работаешь, а это повышает вероятность получить УДО.

Фёдор Верещагин

Отбывает наказание в колонии

Практики никакой нет. Обучения никакого толком не происходит. Никто не будет с тобой заниматься, ты предоставлен самому себе. Если действительно хочется чему-нибудь научиться, то ты сам всё организуешь: можешь почитать учебники, подойти к мастеру. У меня есть диплом, но я всё узнал на практике, когда приходилось что-то строить, ремонтировать. Училище мне ничего не дало.

Артемий Зайцев

бывший заключённый ИК-4 Калужской области

Я каждую неделю передачки себе делаю. Живет таджик тут, и ему никто передачки не делает, ну я за тысячу покупаю у него лимит. Или можно найти вольного, кто рядом живет. Только они правило придумали дурацкое: еды я не могу более 20 кг в 3 месяца себе передавать.

Фёдор Верещагин

Отбывает наказание в колонии

У нас в колонии на 500 человек из лекарств были только капли для носа. Не было даже парацетамола. На всю область, а это около пяти колоний, был один стоматолог. Как-то зуб заболел, иду к врачу запломбировать, а он предлагает вырвать. У него банально не было оборудования.

Руслан Вахапов

Бывший заключённый ИК-1 Ярославской области

Я никогда не ела в столовой. Я вегетарианка и всю еду делала себе сама. У меня был такой супер-большой контейнер, в который влезает очень много моркови. Я её тёрла, закидывала туда кедровые орехи, поливала все это оливковым маслом и, если у меня был сыр, закидывала туда фету. Хватало на несколько дней. Еще я готовила гречку и фунчозу, потому что их можно не варить, а заварить просто. 

Мария Алёхина

Бывшая заключённая ИК-28 Пермской области и ИК-2 Нижегородской области

Вы же понимаете, что там не ангелы сидят. Недавно письмо приходит: заключённый пишет, мол, я такой бедный, сирота, впервые попал в колонию, никто мне не может помочь. А карандашом между строк от цензора: “Сидел семь раз”.

Анна Клименко

Координатор благотворительного фонда “Русь сидящая” в Санкт-Петербурге

Длительные свидания выглядят так: родственники приезжают с продуктами и вы можете провести вместе до трёх дней. Комнат у нас было 12. Обычные и люкс. Обычных семь. Это коридор с комнатами, в которых нет ничего особенного: телевизор, кровать одна, реже — две, столик, посуда и прочее.

А люкс это помещение, где не семь комнат, а три. Они получше: кровать и телек по-больше. Были вообще помещения индивидуальные как квартира. Готовишь себе сам из того, что родные привезли. Одеваться там можно как хочешь. В основном там люди едят.

Едят то, чего не хватает, мне лично не хватало овощей и фруктов.

Артемий Зайцев

бывший заключённый ИК-4 Калужской области

Бритвы на Вольске были запрещены. Мы пользовались эпиляторами вольными или в магазине покупали, либо нитками дергали себе сами. 

Алёна Кузнецова

Бывшая заключённая ИК №5 Саратовской области

Бани там вообще шикарные: тазики, четыре кранчика на 20-30 человек, иногда — больше. Зимой, когда есть отопление, — мойся, пожалуйста, всё нормально. Летом проблема вставала остро: нет горячей воды. Она, конечно, грелась, но кто первый, тот и съел. Большинство мылось холодной водой.

Алёна Кузнецова

Бывшая заключённая ИК №5 Саратовской области

Когда я вышел из тюрьмы, то начал сотрудничать с “Русью”. Жена моя тоже там работает. Нам в огромном количестве приходят письма, мы даже не в состоянии на всё отвечать. В основном, люди просят средства гигиены, еду, одежду. Большинству не в чем даже выйти из тюрьмы после освобождения, так как их гражданская одежда тупо сгнивает за несколько лет. 

Руслан Вахапов

Бывший заключённый ИК №1 Ярославской области

  • Вариант 1: деньги – Не стоит переводить большую сумму разово, лучше оформить систематическое небольшое пожертвование в 100-300 рублей. Это позволит благотворительной организации, например, “Руси сидящей” или “Комитету против пыток”, сформировать бюджет на несколько месяцев вперёд.
  • Вариант 2: вещи и продукты – Принести одежду, обувь, продукты или средства личной гигиены в Фонд “Русь сидящая”. Сотрудники организации отправят всё необходимое в места лишения свободы.
  • Вариант 3: письма – В колонии заключённым не хватает личного общения, поэтому письма для них порой важнее передачек с продуктами. К сожалению, узнать адреса всех заключённых возможно разве что через благотворительные фонды после их согласия, но можно писать политическим заключённым. Найти их данные можно, например, на сайте правозащитного центра “Мемориал”, а отправить письмо через ФСИН-Письмо или обычной почтой (во втором случае в конверт нужно вложить марки, лист бумаги и чистый конверт, чтобы заключённый мог написать ответ).

Ася Карпина

Источник: https://zekovnet.ru/den-v-turme/

Портрет российского заключенного

Как люди сидят в тюрьме

По данным службы исполнения наказаний, в российских СИЗО, тюрьмах и колониях находится почти 560 тысяч человек.

Сергей Антонов

любит статистику

Срок отбывает почти полпроцента взрослого населения страны. Мы проанализировали статистику, приговоры судов и документы, регламентирующие жизнь в местах лишения свободы, — получился портрет среднестатистического российского заключенного.

По судебной статистике, преступления люди чаще совершают в том же городе или селе, где и живут. В прошлом году чаще всего за решетку попадали жители Московской области — 5% всех совершивших преступления в стране. Самый криминальный город Подмосковья — Волоколамск.

Из образовательных учреждений за плечами у среднестатистического заключенного, скорее всего, только школа. Возможно, он закончил ПТУ или техникум: осужденных, закончивших только 11 классов, всего на 2 тысячи человек больше, чем тех, у кого есть среднее профессиональное образование.

В апреле 2018 года в часть 3 этой статьи добавили еще одно преступление — кражу с банковского счета: по 158 статье теперь судят тех, кто ворует деньги с банковских карт. Раньше это считалось «мошенничеством с использованием электронных средств платежа», а наказание было меньше, чем за кражу.

Максимум, что можно получить за кражу с такими отягчающими обстоятельствами, — шесть лет лишения свободы, но чаще если и сажают, то на год-два.

Отягчающие обстоятельства четверти всех краж — «группа лиц» и «состояние алкогольного опьянения».

Колония — это небольшой поселок, обнесенный забором с колючей проволокой. Заключенные живут не в камерах, а в бараках. Здесь же, как правило, расположены цеха, в которых работают осужденные. Колонии делятся на три типа в зависимости от условий наказания: колонии общего, строгого и особого режима.

Самый простой — общий режим. Сюда направляют тех, кто сидит в первый раз за мелкие преступления, например за кражи или мошенничества. Строгий режим — для рецидивистов и осужденных за тяжкие преступления: убийства, изнасилования.

В колонию особого режима отправляют убийц-рецидивистов, а также тех, кто приговорен к пожизненному заключению. Судимостей у Александра до этого не было, поэтому попал он, вероятно, в колонию общего режима.

Одновременно в такой находятся 1500—2000 человек.

Александр отбывает свое наказание в Красноярском крае: в этом регионе больше всего мест для лишения свободы — две тюрьмы, шесть колоний-поселений и 13 исправительных колоний.

Жизнь заключенных строго регламентирована: распорядок дня установлен приказом Министерства юстиции и примерно одинаков для всех исправительных учреждений. Утро у Александра начинается с зарядки и уборки кроватей. На завтрак отводят не больше получаса. После — утренняя поверка, на которой представители администрации колонии проверяют, все ли на месте.

Потом бригады отправляются на работу. Днем — перерыв на обед. Вечером, после работы — опять поверка, ужин, воспитательные мероприятия и личное время перед отбоем. Спать по закону заключенные должны не меньше восьми часов.

7:00Подъем
7:00—7:10Подготовка к зарядке
7:10—7:25Зарядка
7:25—7:40Туалет, заправка коек
7:40—8:10Завтрак
8:10—8:50Утренняя поверка, развод на работу
8:50—9:00Инструктаж перед работой
9:00—12:30Работа на производстве
12:30—13:00Обед
13:00—13:30Поверка
13:30—18:00Работа на производстве
18:00—18:30Уборка рабочих мест
18:30—19:30Вывод с работы, вечерний туалет
19:30—20:00Вечерняя поверка
20:00—20:30Ужин
20:30—21:50Воспитательные мероприятия
21:50—22:50Личное время
22:50—23:00Подготовка ко сну
23:00Отбой

7:00—7:10

Подготовка к зарядке

7:25—7:40

Туалет, заправка коек

8:10—8:50

Утренняя поверка, развод на работу

8:50—9:00

Инструктаж перед работой

9:00—12:30

Работа на производстве

13:30—18:00

Работа на производстве

18:00—18:30

Уборка рабочих мест

18:30—19:30

Вывод с работы, вечерний туалет

19:30—20:00

Вечерняя поверка

20:30—21:50

Воспитательные мероприятия

22:50—23:00

Подготовка ко сну

Вечером в свободное время Александр смотрит телевизор или читает: в колонии есть своя библиотека. Периодически пишет письма домой родителям.

В колонии общего режима по закону ему положено десять свиданий в год: шесть краткосрочных, по четыре часа, и четыре длительных, по трое суток. Для длительных свиданий есть отдельное помещение, похожее на общежитие гостиничного типа: с комнатами и общей кухней.

Меню каждый день разное, например мясной суп могут заменить ухой, свежие овощи — соленьями, мясо с гарниром — пельменями.

Хлеб550 г
Картофель550 г
Овощи250 г
Мясо120 г
Крупа100 г
Рыба100 г
Молоко100 г
Маргарин35 г
Макаронные изделия30 г
Сахар30 г
Сухой кисель25 г
Растительное масло20 г
Соль20 г
Мука5 г
Томатная паста3 г
Чай1 г
Горчичный порошок0,2 г
Лавровый лист0,1 г
Яйца2 штуки

Если Александр не будет нарушать режим в колонии, то у него есть шанс выйти после того, как пройдет половина срока: освободиться условно-досрочно. По статистике, суды удовлетворяют примерно половину обращений об условно-досрочном освобождении.

Но после выхода найти работу сложно: только 20% бывших заключенных могут трудоустроиться после освобождения. Не исключено, что в итоге случится рецидив: каждый второй заключенный ранее был судим.

Источник: https://journal.tinkoff.ru/ace-to-eleven/

Не есть из одной посуды. Как живут неприкасаемые в тюрьме

Как люди сидят в тюрьме
John Kolesidis/Reuters

Начало цикла читайте здесь:

Сложно себе представить, как могут уживаться в одном помещении сто здоровых, разной степени агрессивности, не всегда адекватных мужчин. У каждого из них своя история, свой опыт, свои интересы.

Естественно, между ними возникают конфликты. Теснота, бытовые неудобства лишь усугубляют ситуацию.

Тем не менее жизнь в местах лишения свободы подчиняется строгим законам и правилам, которые жестко регламентируют поведение местных жителей.

Неотъемлемой частью этих правил является существование среди заключенных отдельной касты отверженных. Это так называемые обиженные, опущенные или угловые.

Они так вписались в тюремную иерархию, делая самую грязную работу, что без их существования само функционирование системы было бы под вопросом. Более того, наличие такой касты открывает большие возможности для всевозможных манипуляций и управления заключенными.

Перспектива попасть в обиженные делает зэков сговорчивыми и способными пойти на многие компромиссы.

Как становятся обиженными? У каждого из них своя история, свой путь. Опустить могут сами зэки за какой-нибудь проступок. Например, осужденных за педофилию ждет именно такая участь. С помощью других заключенных опустить могут и сами тюремщики.

Можно просто посидеть за одним столом с обиженными, поздороваться с ним за руку, поесть из одной посуды — и ты, словно подхвативший неизлечимый вирус, становишься таким же. Обратного пути нет. Такие заключенные сидят за отдельными столами, спят отдельно в углу барака, едят из отдельной посуды.

Жизнь их незавидна и нелегка. Как правило, они убирают туалеты и выносят мусор. Конечно же, обиженный обиженному рознь.

Одно дело — бывший воин-десантник, громила, осужденный за убийство, попавший в эту касту за то, что, рассказывая о подробностях своей интимной жизни, упомянул о занятиях оральным сексом с девушкой, а другое дело — педофил.

У нас в отряде жил всеми гонимый угловой Артем, московский парень двадцати лет отроду. Жизнь его складывалась очень непросто. Он гей. Сидел во второй раз за кражу. На свободе работал в ночном клубе и, обокрав своего клиента, опять попал в тюрьму. Артем — ВИЧ-инфицированный.

Сначала его распределили в специальный, шестой отряд, где содержатся только ВИЧ-инфицированные. Отношения с окружающими у него не очень-то складывались. В силу его положения в тюремном сообществе, на него была возложена обязанность убирать туалет, а кроме того, он стал объектом сексуальных утех озабоченных зэков и регулярно подвергался насилию.

После его попытки повеситься Артема перевели в карантин. Нельзя сказать, что его жизнь здесь значительно улучшилась. Артем с утра до ночи продолжал мыть туалет и выносить на помойку использованную туалетную бумагу. В перерывах между этими занятиями он стирал личные вещи дневальных — полотенца, майки, трусы, носки.

В перерывах между этими перерывами его регулярно били те же дневальные. Ссадины и синяки не сходили с его лица. А по ночам местные царьки карантина заставляли Артема вспоминать свою вольную жизнь, используя его для плотских утех. Мне было его безумно жаль, и я старался всячески ему помочь — давал сигареты, чай.

Это не очень облегчило и скрасило его жизнь, и Артем, не выдержав издевательств, вскрыл себе вены, после чего… опять попал в шестой отряд для ВИЧ-инфицированных, откуда его не так давно перевели сюда.

Через некоторое время, находясь в другом отряде, я услышал следующую историю об Артеме, которая приключилась с ним в отряде для ВИЧ-инфицированных. Один блатной зэк, цыган по прозвищу Будулай, которого я знал лично, начал приставать к Артему. Цыган настаивал, чтобы Артем в известном процессе играл активную роль. «Не могу! — отчаянно сопротивлялся Артем.

— Если меня, то пожалуйста! А сам я ну никак не смогу». Цыган не отставал и продолжал настаивать на своем. Артем решил пожаловаться на ловеласа местным блатным. «Да ты что, гадина, на мужика наговариваешь?!» — не поверили те Артему. Но, уступив его настойчивости, все-таки решили проверить цыгана. «Назначай свидание! — сказали блатные. — Мы будем рядом, в засаде.

Если что — прикроем».

Наступила ночь, и наша парочка, стараясь не привлекать ничьего внимания, пробирается на место свидания — в помещение воспитательной работы. Есть такая комната в бараке, где заключенные смотрят телевизор. Эх, не знал Будулай, что ждала его там засада.

В самый ответственный момент включился свет, и изумленным взорам зэков предстал обнаженный Будулай, находящийся в недвусмысленном положении. Понимая, что его ожидает, он не растерялся и выпрыгнул в окно второго этажа, пробив стекла.

Непостижимым образом за считаные секунды он сумел преодолеть высоченную ограду локального сектора, снабженную специальными барабанами — вертушками с колючей проволокой. Захочешь перелезть, возьмешься за реечку, подтянешься, а барабан прокрутится вниз.

Голый цыган с криками «Спасите, помогите, убивают!» залетел в расположенную на аллее будку секторов — помещение, где находятся сотрудники колонии, следящие за передвижением зэков. Ни один осужденный не выйдет из локального сектора без ведома дежурного милиционера. Той ночью цыган ворвался в их сон.

Ничего не понимающие мусора долго протирали глаза, глядя на голого заключенного, ночью, в середине зимы вломившегося в их домик. Цыгана спасли, предоставив ему политическое убежище в другом отряде. Его жизнь кардинально поменялась, и он стал покорно нести все тяготы и лишения своей нелегкой жизни.

Ряды обиженных, которых в колонии не хватало, пополнились еще одним отверженным.

Однажды к нам в отряд заехал некий Миша П. Обычный зэк, ничем не выделяющийся из общей массы, осужденный за грабежи и разбои. Он оставался обычным до тех пор, пока в колонию не прибыл другой этап и не выяснилось, что Миша — угловой. По понятиям такой заключенный должен был сразу сообщить о своем статусе и занять свое место.

Миша же решил начать новую жизнь и больше недели сидел за одним столом с другими заключенными, ел с ними из одной посуды, пил чифир из одной кружки. Получалось, что он «заразил» весь отряд. Но нет! Оказывается, по тем же понятиям, если заключенные не знали о том, что другой зэк угловой, а тот это дело скрыл, то так не считается.

Мишу жестоко наказали, избив его до полусмерти.

Надо сказать, что история эта произвела на меня сильное впечатление и заставила задуматься о хрупкости нашего бытия.

Жизнь продолжалась.

Источник: https://snob.ru/selected/entry/121696/

О российских тюрьмах: как живется заключенным ? – статьи

Как люди сидят в тюрьме

справка

Первое испытание, с которым сталкивается человек, впервые оказавшийся в колонии, – это осознание себя в новом статусе, ограничение личных свобод, прав и даже пространства. Приходится привыкать жить в стеснённых условиях, в замкнутом пространстве, в постоянном окружении людей, не всегда приветливых и дружелюбных.

Нужно научиться обходиться без привычных вещей, казавшихся на воле необходимыми, соблюдать строго установленный распорядок дня и придерживаться негласных местных правил. Последние в каждом пенитенциарном учреждении свои, и о них обязательно надо расспросить в первые же дни пребывания в камере.

Чтобы тюрьма не начала казаться адом, необходимо развить навыки самоконтроля, выработать моральную устойчивость к внешним раздражителям и философский взгляд на жизнь.

Но самое главное – найти оптимальную для себя модель существования в камере, сводящую к минимуму психоэмоциональную нагрузку.

Тюремная иерархия

Заведённое в преступном мире деление на касты, к сожалению, не обошло ни одну современную русскую зону и тюрьму. Во всех них заключённые между собой устанавливают принадлежности к той или иной «масти». Иерархия и критерии деления в каждой колонии свои, но приведём для примера наиболее распространённые касты:

Это элита, криминальные авторитеты, воры в законе, братва. В эту категорию входят профессиональные преступники, для большинства из которых тюрьма уже давно стала «родным домом». Многие имеют связи в колонии и за её пределами. По свидетельствам очевидцев, «чёрные» не признают власть, не ходят на работы, соблюдают только обязательные требования администрации.

К этой же категории в последнее время причисляется преступная молодёжь, живущая по своим понятиям (зачастую беспредельным) и насаждающая свои правила. «Новые чёрные» не гнушаются работой на администрацию, не стесняются по-тихому заниматься бизнесом (коммерцией).

В этой категории, как правило, оказываются те, кому недолго сидеть и нет смысла втягиваться в традиционный уклад преступных группировок. Сильные телом и духом «мужики» обычно отбывают срок за нарушения закона, не отягощённые тяжёлыми последствиями: непредумышленные убийства, преступления, совершённые на бытовой почве. 

  • «Красные» / «Цветные» / «Козлы»

Всеми этими словами обозначается каста заключённых, которые в прежней жизни имели отношение к государственной системе: бывшие военнослужащие, охранники, сотрудники МВД, ФСБ и т.д.

Во многих русских тюрьмах к этой же категории относятся «мужики», то есть все те, кто признаёт власть государства, живёт по установленным администрацией колонии правилам, ходит на работы. В стане «чёрных» могут оказаться и разжалованные «красные» (к примеру, те, кто попался на сокрытии денег от собратьев).

В отличие от способных постоять за себя и свои права «мужиков», «чушки» смиряются с навязываемыми им обязанностями и плывут по течению. На русских зонах и тюрьмах они выполняют самую тяжёлую и грязную работу.

  • «Опущенные» / «Обиженные / «Петухи»

В эту категорию входят арестанты, которых сокамерники склоняют к мужеложеству (в частности, педофилы), а также те, кто с ними общается.

Примерный распорядок дня в колонии

Режим дня осужденного регламентируется «Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений». Стандартное для русских тюрем расписание включает следующие пункты:

  • Подъём. Побудка в зависимости географических условий и особенностей работ может осуществляться либо в 5, либо в 6 часов утра.
  • Зарядка. 15 минут.
  • Заправка кроватей, гигиенические процедуры. 10 минут.
  • Утренний осмотр.
  • Завтрак. 30 минут.
  • Развод на работу. 40 минут.
  • Рабочее время. Продолжительность трудового дня строго регламентирована трудовым законодательством РФ.
  • Перерыв на обед. 30 минут.
  • Возвращение с работы, вечерний туалет. 25 минут.
  • Ужин. 30 минут.
  • Свободное время. От 30 минут до 1 часа.
  • Вечерний обход.
  • Подготовка ко сну и отбой. 10 минут.
  • Непрерывный сон. 8 часов.

На основе типового плана в каждой русской тюрьме устанавливается свой распорядок дня. В расписание включаются воспитательные, культурно-массовые, спортивные мероприятия. Подготовка участвующих в них заключённых осуществляется по индивидуальному графику.

Учёба в школе / ПТУ вместо нахождения на производстве также прописывается в персональном графике заключённых.

Сами осужденные жизнь по тюремному расписанию часто характеризуют как «день сурка».

Варианты скоротать досуг и провести срок заключения с пользой

Независимо от того, работают ли заключённые в тюрьме или нет, условия заключения предоставляют им огромный простор для саморазвития.

В свободное время можно читать (тюремные библиотеки предоставляют доступ к книгам религиозного и правового содержания), осваивать народные ремесла (изготовление чёток, брелоков, ручек ножей), заниматься спортом. 

Можно провести досуг и в компании сокамерников – за просмотром телевизора, игрой в шахматы, шашки, домино, нарды, кости, морской бой.

Основная «валюта» в русских тюрьмах и зонах

Наибольшую ценность в российской колонии имеют такие товары, как сигареты и чай. Располагая большим запасом этих продуктов и щедро делясь ими с сокамерниками, можно обеспечить себе хорошее положение в камере. Кроме того, чай и сигареты всегда можно обменять на что-то необходимое.

Самые счастливые моменты

По единогласному признанию заключённых, лучшими моментами тюремной жизни являются свидания с родственниками и друзьями. 

Источник: https://fsin.ru/articles/o-sovremennykh-rossiyskikh-tyurmakh-kratkiy-ekskurs

От сумы да тюрьмы: как себя вести впервые в камере

Как люди сидят в тюрьме

Инструкция по выживанию от бывшего заключенного и депутата Сергея Еретнова. Часть 3-я

Пройдя «школу жизни» в трех закамских СИЗО и нижнекамской колонии, журналист Сергей Еретнов решил поделиться навыками с читателями «БИЗНЕС Online».

Если в первых двух блогах этой серии автор рассказал, чего ждать и как вести себя на этапе задержания и первого допроса, то сегодня речь пойдет о первом знакомстве с сокамерниками в ИВС, о тюремных «мастях» от «неприкасаемых» до «черных» и о важнейших принципах, действующих в тюрьме.

Сегодня речь пойдет о первом знакомстве с сокамерниками в ИВС, о тюремных «мастях» от «неприкасаемых» до «черных» и о важнейших принципах, действующих в тюрьме

КАМЕРА. КАК НЕ СТАТЬ НЕПРИКАСАЕМЫМ

Задержанные на 48 часов попадают в изолятор временного содержания (ИВС), арестованные по решению суда — в следственный изолятор. Общие принципы поведения в этих учреждениях одни и те же, они же распространяются и на колонию для осужденных.

Главное отличие ИВС от последующих этапов заключается в том, что здесь вместе содержатся и дебютанты, и рецидивисты: на следственные мероприятия и на судебные заседания в ИВС свозят арестантов без разбора.

В СИЗО и в колонии «первоходы» с бывалыми зэками не пересекаются.

Как я уже говорил, в камере прежде всего работают вполне обычные правила общежития. Первыми словами задержанного должно быть простое вежливое приветствие — «здравствуйте» или «добрый вечер».

Кто прежде сидел, может сказать, к примеру, «добрый вечер в хату», но разницы нет: мифология об изощренных «понятиях», о системе «правильных» реплик на все случаи жизни часто преувеличена или работает на зонах для повторно осужденных.

Во всей тюремной географии — хоть в ИВС, хоть в лагере — не принято сразу протягивать руку. Сначала нужно как минимум понять, с кем имеешь дело.

Поэтому перед тем, как пройти в камеру, необходимо поинтересоваться: «В какую хату я попал?» Дело в том, что, если следствие намерено жестко на вас надавить, оно может устроить в камеру к людям нетрадиционной сексуальной ориентации или к представителям низшей тюремной касты «опущенных».

И те и другие относятся к неприкасаемым, но, вопреки расхожему мнению, гомосексуалисты и «опущенные» — это не одно и то же. «Опустить» или «закатать в шерсть» могут за проступки, это не меняет ориентацию человека.

При этом образ, сформированный поп-культурой, характеризует «опущенного» как человека, обязанного тюремным обществом к услугам интимного характера.

Тут одно понятие вытекает из другого, и оба абсолютно не верны: никакое насилие на зоне недопустимо, никто не может потребовать никаких услуг — только, так сказать, уговорить. К вопросу рукоприкладства мы еще вернемся, как и к определению тюремных «мастей», а пока нужно понять главное: с представителями касты неприкасаемых нельзя оставаться в одной камере, иначе в будущем, в СИЗО и лагере, заключенный останется с ними жить.

Итак, если задержанный попал в «неправильную» камеру, оставаться в ней нельзя. О том, что здесь сидят «опущенные», они обязаны сказать сами. Прояснив вопрос, необходимо немедленно развернуться и стучать в дверь, вызывая надзирателя: «Я отказываюсь сидеть в этой камере».

Требование о переводе должны исполнить — в Татарстане в этом смысле издеваться не принято, УФСИН не переходит границы. Я уже говорил, что наш УФСИН относительно гуманный.

Есть зоны, известные своей жестокостью, — это Кировская область, Омск, где человека могут закинуть в камеру и избивать или заставляют маршировать часами. Татарстанским зэкам в этом смысле повезло.

Даже если следствие хочет надавить на задержанного через посадку к «опущенным», персоналу УФСИН эти интересы по большому счету параллельны, тут действует юрисдикция минюста. Кроме того, сегодня в каждой татарстанской камере установлено видеонаблюдение с трансляцией напрямую в Казань.

Есть негласное правило: нельзя доводить заключенного до самоубийства, а если его оставят с «опущенными», он ведь может и «вскрыться». Или начнет биться головой об дверь, а видеокамера будет это снимать. Лучше крайние меры на этом этапе, чем месяцы или годы с «опущенными» в случае реального срока.

ЗА ОБРАЗ ЖИЗНИ СПРОСА НЕТ

В СИЗО администрация, как правило, спрашивает новичка, в какую камеру он хочет сам. С «опущенными» в данном случае понятно — они не могут скрывать свой статус, не могут зайти к «черным» или к «мужикам», а то будет совсем плохо. Все остальные должны определиться, для этого надо знать, какие масти есть.

К вопросу о неприкасаемых добавлю только, что с ними нельзя здороваться за руку, сидеть за одним столом, пользоваться их посудой, никакого тактильного контакта. Этот запрет, к примеру, обязывает их всегда уступать дорогу и при необходимости предупреждать незнакомого заключенного о своем статусе.

Эта каста выполняет всю грязную работу в СИЗО и на зоне: они чистят общие туалеты, моют полы в коридоре. В лагере они подметают плац — это одно из самых позорных занятий, как и чистка снега между двумя рядами заборов, на пути охранников, делающих обход.

Позор в том, что они тебя охраняют, а ты им дорогу для этого расчищаешь.

Кто-то должен выполнять всю эту работу, зазорную для мужиков, потому что ее не делает УФСИН — нет возможности. Поэтому УФСИН заинтересовано в том, чтобы заключенных «в шерсти» было больше. Администрация не влияет на рост их числа, но системе они выгодны. Это бесплатная работа, максимум за сигареты и какие-то индивидуальные послабления.

Ступенью выше стоят «красные» — заключенные, работающие в административных должностях, зачастую таких, на которых должны работать офицеры. Например, «красные» могут работать в финансовом отделе штаба. В штабе нижнекамского лагеря, к примеру, работали около 30 человек. Это тоже показатель нехватки тюремного персонала.

К «красным» на зоне относятся нормально, как и к обычным «мужикам», работающим на промплощадке или нигде не работающим. Ограничения для «красных» чисто символические — например, заходя в комнату «черной масти» (раньше их называли блатными), «красный» должен постучаться.

«Мужик» не должен, «черный» тем более любую дверь открывает без стука.

«Мужики», как уже, наверное, стало понятно, формируют основную массу заключенных. Они могут работать, исключая сотрудничество с администрацией.

«Черный» работать не может и должен жить по понятиям — вот, собственно, и все. Есть, конечно, и другие мелкие права и обязанности, несущественные, — например, «черным» нельзя ходить на концерты, потому что их организовывает администрация. Я сам как-то организовал концерт, пригласил из Челнов группу «Веретено». Всем понравилось, но «черные» не пошли по привычке.

«Черные» и «мужики» не могут по одиночке ходить в штаб, даже если вызывают. Нужно отказываться или требовать, чтобы с тобой шел свидетель. При желании администрация может наказать за отказ, посадить в карцер, но еще раз подчеркиваю — УФСИН правила знает и заинтересовано в спокойствии.

Один раз принудят к чему-то, другой, а на третий зэки могут устроить бунт — начнут все жечь или «вскрываться». На любой нормальной зоне всегда есть люди, готовые рискнуть жизнью ради общих интересов.

Кстати, по лагерю вообще не принято шататься в одиночку, даже на виду, хотя в принципе не запрещено.

Как я уже говорил, в СИЗО «мужики» и «черные» сидят вместе, а в лагере новичок сам должен определиться, с кем сидеть. Независимо от того, кем он был на воле, он может подселиться и к «черным», но это право нужно подтвердить образом жизни.

Я бы советовал «первоходу», если он не бандит, признавать себя «мужиком» — это самая подходящая среда для человека с улицы. Но в любом случае главное, что нужно знать о мастях, — это опять же принцип, четко действующий в местах заключения: за образ жизни спроса нет.

Хоть «черный», хоть «опущенный» — без причины никто никому предъявить не может, спрашивают только за поведение.

НЕ НАВРЕДИ ДРУГИМ СВОИМ ПОВЕДЕНИЕМ

Возвращаясь к вопросу рукоприкладства, отмечу, что, несмотря на традиционные представления обывателя о тюрьме, мордобой на зоне строжайше запрещен, в том числе и по отношению к «опущенному».

Право на насилие имеет лишь «смотрящий», причем только в рамках суда и наказания за проступок, — это обычно один человек на зоне. Если вы кого-то избили, основания для этого придется выкладывать очень серьезные.

Все споры в лагере решаются на словах, а кто не умеет этого сделать, может вынести суд на общество, обратиться к смотрящему по зоне или по камере (в СИЗО).

Запрет на физическое насилие появился в 1990-е годы, когда в тюрьму стали заезжать накачанные спортсмены из группировок. Они стали мощной силой, начали подминать под себя зону… А как жить, если все решает сила? В таких условиях жизни нет ни для кого. Большим плюсом стал и закон о разделении заключенных на первоходов и зэков с повторными сроками.

Получилось как в армии. Когда Сердюков освободил солдат от грязной работы, наняв специалистов на аутсорсинг, дедовщина кончилась сама собой. Весь ее смысл был в том, что старшие не хотели работать на кухне или мыть полы, заставляли младших делать это.

Когда солдат вместо подметания стали обучать меткой стрельбе и боевой подготовке, вопрос дедовщины был закрыт.

За любые оскорбления тоже придется отвечать перед обществом. На зонах для первоходов нет жестких понятий о запретных словах.

К примеру, если среди рецидивистов любые производные от слова «обида» могут трактоваться как намек на статус зэка («обиженный» — тот же «опущенный»), то при первом сроке к словам без персональной причины не цепляются, все зависит от контекста.

В столь тесном обществе ценится прежде всего вежливость, в соответствии с правилом «не навреди другим своим поведением».

В СИЗО от сокамерников, как правило, можно не ожидать подвохов и провокаций — все сосуществуют достаточно мирно. Даже если новичок попадает к «черным», в первый раз все настроены ему помочь. Объяснят правила поведения, даже, быть может, выразят моральную поддержку.

Могут и спасти, как было с меценатом Николаем Мясниковым (епархия пыталась силой отжать у него построенный им храм и организовала ему уголовное дело). Когда за ним, пожилым человеком, пришли в камеру в час ночи и попытались вывести на допрос, что абсолютно незаконно, камера его не отдала — заключенные встали стеной и не пропустили сотрудников внутрь.

Есть рабочее время, когда следователь может тебя допрашивать, когда может приехать адвокат. Ночью-то адвоката никто в СИЗО не пустит. Да и сами надзиратели не имеют права заходить в камеру ночью. Для обыска нужен повод, для зрительного контроля есть глазок.

Если в камере происходит что-то непотребное или преступное — например мордобой или разговор по телефону — тогда другое дело, но обстоятельства, как мы помним, фиксируется на видеокамеру. Работникам УФСИН сейчас намного сложнее нарушить закон.

На этом прервемся, а следующую часть серии о тюрьме я посвящу тюремному быту: правилам общежития, внутренней валюте и цене откровенности в тех или иных темах для разговоров.

Сергей Еретнов

Источник: https://www.business-gazeta.ru/article/380820

Новичку на зоне или как сидят первоходы

Как люди сидят в тюрьме

Как говорится от сумы и от тюрьмы не зарекайся, такое выражение можно встретить в любой точке России. И как говорится данное выражение не беспочвенное. Попасть на зону может любой человек, все зависит от того, попадает он туда умышленно, кто то преднамеренно, а кто то случайно. Случаев бывает очень много, но суть остается одна, следствие, суд, срок, судимость.

Но вот вопрос обсуждения стоит таким образом, как же отбывают наказание первоходы, что их там встречает и что может произойти. Просто все говорят по разному.

Кто то уверяет, что сейчас не важно по какой статье попасть и сидеть, а кто то говорит, зависит от человека и его собственного достоинства, но вот некоторые уверяют, что важно какая именно статья и как себя с самого начала ведет человек.

К примеру, взято с другого сайта обсуждение:

15 заповедей по выживанию для первохода или как вести себя в тюрьме?

Как выжить первоходу на зоне?

Итак, ознакомившись с тюремным миром в общих чертах, начнем наше путешествие глазами первохода.

Карантин

После суда и этапирования, каждый осужденный попадает в карантин продолжительностью примерно две недели. Крайне неприятное место, но это необходимо просто перетерпеть и пережить: потом уже на самой зоне будет легче.

Перед помещением в карантин Вас внимательно и пристрастно обыщут: грубо и неприятно, но от этого никуда не деться, перетерпите. После чего оформят ваши личные данные и поместят в камеру. Уже на карантине можно приблизительно понять, какие порядки царят в колонии в целом.

В красных зонах вновь прибывших могут беспричинно избивать весь срок карантина: делается это, чтобы подавить волю человека и по возможности склонить его к сотрудничеству того или иного рода, а также «прощупать» на наличие денег.

Не рекомендуется соглашаться на какие-либо сделки в этот период, например, на покупку хорошей должности на промзоне, или на «вип-хату», или другие привилегии, даже если у Вас есть деньги на это:

Во-первых, могут просто обмануть, и вернуть деньги потом уже не удастся.

Во-вторых, если и не обманут, то потом Вы станете дойной коровой на весь срок заключения и уже не сможете сказать, что у Вас денег нет.

Просто переживите эти две недели как-нибудь. А потом, выйдя из карантина, немного освоившись и узнав что к чему, можете начать заключать такие сделки с теми людьми, которые реально что-то решают, и по относительно адекватным ценам.

Источник: https://pravovoi.center/ugolovnoe-pravo/nakazanie/lishenie-svobody/pervokhod pravovoi.center © 

Так же вот ниже описывается на одном из интрнет ресурсов, какие ошибки не нужно совершать первоходам:

10 место

Прежде чем поздороваться, за это по голове не бьют, спросите, кто ты по жизни?

9 место

Нельзя брать у первого попавшегося сигареты или какие-либо другие предметы обихода, кружку. Лучше задать вопрос, который был обозначен вверху, а иначе передать вещи может добродетель из-за которого жить Вам в петушином углу.

7 место

Туалет место вонючее, с одной стороны, а с другой -сакральное. Пошли на туалет (т.е. на светланку) — посмотрите, общая масса чем занимается. Кушает или нет. Если идете по-маленькому, то можно этого не делать. Ну а если по большому, то в обязательном порядке, иначе с Вас за это могут жестко спросить.

6 место

Опять туалет. Сходили Вы на него — помойте руки. В противном случае сокамерники плохо будут о думать о вашей персоне. В глаза скажут не все, а осадочек останется и не только на руках.

5 место

Если сосед пошел в туалет по тяжелому, то не вздумайте чистить зубы. Во-первых в тюрьме это неприлично. Во-вторых, могут подарить миску с дырочкой.

4 место

Нельзя с обиженными кушать за одной платформой, т.е. за столом. Опытный арестант спросит: «ТЫ кто?». Петух ему честно ответит, после чего опытный арестант пошлет его куда подальше.

3 место

Заходя в камеру, Вы о ней ничего не знаете, поскольку администрация ситуацию лично никому не докладывает. Камера может быть цветная или черная. Вы здороваетесь. Вам говорят: Тащи булки сюда. Подходите, вам протянут руку, но прежде спросите: По жизни все нормально? За такие вопросы по голове не бьют.

2 место

Если в камере больше 25-30 человек, а 2-3 человека обиженные, то не притрагивайтесь к уборке в камере. Петухам так же выделяется с общего стола чай, курить, конфетки. С опущенным не стоит чай рядом пить или курить. Как говорят старые арестанты: по незнанке КТ. Вцепятся в Вас и будете Вы не правы. Поедете, как говится, к своим.

1 место

Не хрен хвастаться какой Вы крутой любовник. Ныряли ВЫ в пилотку, лизали то, что люди не лижут — дорога в петушиный угол. Лучше молчать.

Будь Вы хоть на тюрьме, хоть в зоне не давайте никогда и никому повода и не лезьте никогда в кружку к обиженному. Встали ночью — захотели чай, а кипятильник один висит. Лучше не брать его, а то он может оказаться собственностью петушиной братии. Встает главпетух и говорит: «Милости прошу к нашему шалашу.»

Источник: https://yurlitsa.ru/popular-discussions/novichku-na-zone-ili-kak-sidyat-pervokhody-2544/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.