Интимная жизнь в тюрьме

Признания тюремного врача: что происходит в самой большой женской тюрьме в Европе

Интимная жизнь в тюрьме

Убийцы, похитительницы детей, наркоманки, мошенницы и поджигательницы — все они презираемые члены общества и, одновременно, пациентки Аманды Браун, которым она обязана помогать.

Аманда работает терапевтом в Бронзефилде — самой большой женской тюрьме Европы, расположенной в Миддлэсекссе. Британка привыкла общаться с женщинами, совершившими ужасные преступления.

Более того, врач утверждает, что некоторые из них — довольно милые и умные люди.

В женской тюрьме Бронзефилд отбывают наказание более 500 заключенных. Среди них есть те, кто совершил самые громкие преступления последних лет. Тем не менее, доктор Аманда Браун пытается игнорировать злодеяния, а видеть личность. Британка говорит, что она не должна осуждать своих пациенток, ведь это уже сделал суд.

О своем опыте Аманда написала книгу под названием «Тюремный врач: женщины внутри».

65-летняя терапевт вспоминает о том, как от знакомства с одной преступницей ее чуть не стошнило. Заключенная по имени Ханна отбывала срок за убийство собственного ребенка. Преступнице еще не было 30 лет. Она приехала и сказала полиции, что убила сына, чтобы спасти его от жизни в аду. То, что женщина была очень спокойна, шокировало Аманду.

Карен Мэттьюс отбывает наказание за фальсификацию похищения своей дочери

Терапевт предпочитает не узнавать детали злодеяний, совершенных ее пациентами. 15 лет назад она ушла из обычной больницы в учреждение для несовершеннолетних преступников, а 4 года назад перешла в тюрьму Бронзефилд. Работа здесь изменила ее отношение к заключенным.

Аманда говорит, что несмотря на темное прошлое, многие женщины оказываются довольно милыми, на долю которых выпали трудные испытания. 50-летняя заключенная Линда обратилась к врачу с жалобами на кашель. Она рассказала, что получила срок за то, что пыталась отрезать колючей проволокой пенис мужу.

После услышанного Аманада даже не смогла закончить осмотр. Преступница была замужем 28 лет и жила обеспеченной жизнью, но супруг контролировал каждое ее движение. Он заставлял ее вести дневник питания, следил за тем, что она говорит, ест и что покупает. Иногда муж выгонял Линду из дома и она вынуждена была ночевать в гараже.

Бывало, что он прятал ее ингалятор и смеялся, когда она, задыхаясь, металась по дому в его поисках.

Бывший супруг насиловал Линду и тратил тысячи на проституток. Она не раз заставала его с любовницами. В конце-концов, женщина напала на него и искалечила. Преступница говорит, что это был один из ее лучших поступков. День, когда она попала в тюрьму, стал для нее началом новой жизни.

Трейси Коннели замучила до смерти своего маленького сына

Еще одна заключенная, 82-летняя Хильда, пыталась задушить жестокого супруга его грязными трусами, когда он спал, а затем выплеснула горячий чай ему в лицо. Женщина прожила с деспотом 50 лет, и ее терпение лопнуло. Хильда говорит, что в тюрьме она чувствует себя лучше, чем когда-либо, и не хочет отсюда выходить.

Доктор Аманда рассказывает, что многие преступницы умоляли судью отправить их в тюрьму, ведь только там они могут чувствовать себя в безопасности. Женщины составляют всего 5% от общего количества заключенных в Англии и Уэльсе.

Многие из них находились в порочном круге домашнего насилия, наркомании или бомжевали. Более 50% заключенных, которые освобождаются из Бронзефилда, оказываются на улице. Женщины, которые становятся бомжами, в среднем, доживают только до 43 лет.

Терапевт говорит, что до работы в тюрьме она считала, что люди делятся на добрых и злых. Оказывается, реальность намного сложнее. Пациентки часто рассказывают ей о прошлой жизни, и с некоторыми из них у врача устанавливается тесная связь.

Одна из преступниц, с которой Аманда видится регулярно, — наркозависимая по кличке Мама Браун. Им всегда есть о чем поговорить и над чем посмеяться.

Экстремистка Рошонара Чоудри в 2010 году зарезала британского депутата Стивена Тиммса

Среди заключенных есть те, которых тюремные работники называют «постоянными пассажирами». Треть преступниц освобождается и опять возвращается за решетку, становясь хорошими знакомыми доктора. Для многих из них тюрьма превращается в убежище от хаоса жизни.

Одна из самых больших проблем на зоне — наркотики. Поскольку женщин не подвергают физическому досмотру, они прячут запрещенные вещества в вагине и анальном проходе. Аманда говорит, что прием наркотиков становится еще опаснее, если заключенные параллельно принимают прописанные лекарства. Мейрид Филпотт и ее муж Мик устроили пожар, в котором погибли шестеро ее детей

Около половины женщин совершили преступление с целью поддержания наркозависимости своих родных и знакомых, а 39% из них сами употребляют наркотики. Чтобы пронести на зону запрещенные вещества, заключенные идут на разные ухищрения. В одной тюрьме банда поставляла наркотики, набивая их в брюхо мертвым крысам, которых перебрасывали через ограду.

Доктор Аманда прописывает жидкий метадон пациенткам, сидящим на героине. Правильная доза вещества помогает им безопасно выйти из зависимости. Терапевт говорит, что 99% женщин, страдающих от зависимости в течение многих лет, не могут покончить с наркотиками без ужасной ломки и болезни. Преступницы часто боятся бросить наркотики, потому что они помогают им забыть о прошлом и насилии.

Аманда вспоминает, как однажды к ней обратилась юная Клэр с жалобами на боль в груди. Девушка была невысокого роста, но с бюстом огромного размера. Она рассказала, что увеличить грудь ее попросил бывший любовник, который хотел сделать из нее «силиконовый идеал».

Кроме того, он заставлял ее перевозить пакеты с наркотиками, на чем ее и поймала полиция. Большие импланты причиняли боль, и Клэр боялась, что у нее возник рак груди. Терапевт направила ее к специалисту, чтобы удалить силикон.

Преступницы находят себе в тюрьме сексуальных партнеров. Многие становятся лесбиянками. Медработники даже дают заключенным средства защиты, чтобы они не заражались венерическими заболеваниями.

Пациентки не делятся с Амандой деталями своих сексуальных похождений, но некоторые отношения становятся довольно крепкими и серьезными.

Коронавирус сильно повлиял на жизнь в тюрьме. Заключенные больше времени проводят в камерах, и администрация запретила посещения родных и близких. Врачи регулярно измеряют температуру, а преступницы часто оставляют им открытки со словами благодарности за заботу и участие.

Доктор Аманда верит, что большинство ее пациенток не должны были отбывать наказание в тюрьме. Многие стали жертвами ужасных обстоятельств. 18 000 детей в Великобритании лишаются матерей из-за заключения.

В России запущен проект, посвященный истории уголовно-исполнительной системы страны, — его подготовили Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) и Национальная электронная библиотека (НЭБ). В его рамках были опубликованы фотографии, на которых запечатлена жизнь заключенных до революции и в сталинскую эпоху.

Смотрите также — Гризельда Бланко — кокаиновая королева, перед которой трепетали мафиози

Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш , страницу в или канал в Telegram.

Источник

Источник: https://BigPicture.ru/?p=1334488

Как нужно себя вести в русской женской тюрьме

Интимная жизнь в тюрьме

Женская тюрьма…По словам самих же зечек, отбывающих свои сроки, здесь царит полнейший беспредел. Даже охранники, работающие раньше с заключенными мужчинами, идут работать сюда с большой неохотой.

 Нет, зона для женщин не славится своей жестокостью и частотой случаев убийств и суицида, но она известна изощренными методами издевательств опытных узниц над молодыми арестантками. Впервые попав за решетку, многие девушки приходят в неописуемых ужас от «порядков», навязываемых им не законом, а арестантками «со стажем».

Так как же женщинам, осужденным за различные преступления, пройти все круги ада тюрьмы? Как им не сломаться и выйти на свободу со здоровыми телом и психикой?

Остаться собой

Арестантки со стажем, «матерые зечки» знают — попав в тюрьму или на зону, лучше сначала не демонстрировать излишних эмоций. Не стоит показывать всем панику; не нужно также заискивать перед старшими заключенными. Лучший из вариантов здесь — естественное, простое поведение, что, тем не менее, не подразумевает чрезмерную открытость и доверчивость.

Да, конфликты на зоне неизбежны, но все-таки нужно по возможности не только избегать их, но и нивелировать любые возникающие ссоры. Как ни странно, здесь отлично помогает чувство юмора.

Кражи в женской тюрьме недопустимы — пойманную «крысу» сначала жестоко накажут, а позже — до конца всего срока — будут презирать. Известны случаи, когда воровкам намеренно плевали в пищу и заставляли их все это есть. «Крысятничество» на зоне — самый омерзительный, по мнению арестанток и смотрящих, поступок.

Лояльность по отношению к другим заключенным — отличная политика. Подобострастие на женской зоне презирается, но вежливое, спокойное обращение с подругами по несчастью одобряется. При общении с другими зечками всегда нужно просить дозволения что-либо сделать. Например, захотев присесть на «шконку» (кровать) другой «дамы», следует узнать, разрешит ли она это.

Отрешенность и уход в собственный мир — не лучший способ выжить в тюрьме. Такое поведение неизбежно приведет женщину к депрессии, особенно, если срок ее заключения длительный. Со временем лучше найти общие интересы с другими заключенными, научиться что-то мастерить, шить, лепить: подобная тактика поможет проще пережить изоляцию от общества.

Держи язык за зубами

Общаясь с новыми подругами, не стоит торопиться рассказывать им о себе все, выплескивать наружу накопившиеся эмоции и переживания. О прошлом говорить не нужно даже в том случае, если другие зечки настаивают на этом.

Если по-умному, не оскорбляя никого, отшутиться на эту тему пару раз, женщины поймут их сокамерницу и перестанут задавать неприятные вопросы. Верная политика — мало говорить, но чаще прислушиваться к разговорам других.

Поскольку половая жизнь на зоне практически прекращается, заключенные постоянно муссируют эту тему. Никогда не нужно делиться с другими своими своими предпочтениями, рассказывать о сексуальном опыте.

Женщина, попавшая в тюрьму, может избежать навязываемых гомосексуальных отношений только в том случае, если она будет избегать обсуждения близости и сможет вежливо отказать излишне настойчивой подруге.

Среди зечек есть много женщин, зависящих от наркотиков. Даже сидя в тюрьме, они любыми способами стараются добыть себе зелье. Эти арестантки пойдут на любой сговор со смотрящими и охранниками — лишь бы добыть смертоносный дурман. Они предают, «продают» за дозу подруг, идут на новые преступления. Таких заключенных стоит избегать.

Активное сотрудничество с работниками тюрьмы считается «стукачеством» и предательством. Женщинам, попавшим за решетку, лучше всего не «договариваться» с администрацией и не передавать смотрящим и охранникам информацию, услышанную от сокамерниц.

Будь здорова

Тюрьма — самое благодатное место для распространения всякого рода хворей и заразы — от вшей и чесотки до туберкулеза. Только постоянная забота о чистоте собственного тела поможет женщине остаться здоровой вплоть до дня выхода на свободу. У каждой зечки должно быть свое мыло и чистое полотенце.

В случае если арестантка знает об уже имеющемся у нее заболевании (тем более, заразном), она должна вовремя рассказать о нем администрации. Кроме предоставленного в тюремной больнице лечения, узница женской тюрьмы будет переведена на несложную, посильную работу.

Находясь в женской тюрьме или колонии, следуя этим правилам, женщина сможет не только выжить, но и, освободившись, быстрее найдет свое место в обществе.

Источник: https://the-criminal.ru/glavnye-pravila-vyzhivaniya-v-russkoj-zhenskoj-tyurme/

Как отбывают срок в женских колониях и тюрьмах – статьи

Интимная жизнь в тюрьме

В зависимости от возраста и тяжести совершённого преступления нарушительницы уголовного кодекса РФ на пути искупления вины проходят через различные учреждения.

В учреждениях данного типа подследственные находятся до вынесения приговора и его вступления в законную силу. Испытания женщины в тюрьме начинаются именно с СИЗО.

На сегодняшний день в нашей стране всего 3 женских СИЗО (в Москве, Санкт-Петербурге и Екатеринбурге). Соответственно, до момента распределения подозреваемым и осужденным гражданкам приходится ютиться в весьма стеснённых условиях.

Стандартная камера следственного изолятора рассчитана на содержание 42 женщин. Помещение поделено на 3 комнаты без дверей. В двух из трёх «отсеков» располагаются по 21 двухъярусной кровати, прикроватных тумбочек на всех, как правило, не хватает. Третья комната отведена под столовую зону и туалет.

Помимо тяжёлых бытовых условий, подследственные сталкивают здесь с серьёзными моральными переживаниями из-за осознания себя в новом статусе, предстоящей неизвестности и привыкания к круглосуточному пребыванию в окружении множества чужих людей.

Это особая категория исправительных учреждений, где отбывают наказание девушки в возрасте от 14 до 18 лет (в случае необходимости завершения курса обучения возраст пребывания осужденной в колонии несовершеннолетних может быть продлён до 19 лет).

Обязанности надзирателей и воспитателей здесь исполняют исключительно женщины.

Режим организован с учётом детской психологии. Повышенное внимание уделяется поддержанию санитарии и гигиены, обучению, эстетическому воспитанию и культурно-просветительским мероприятиям.

Трудятся несовершеннолетние на добровольных основаниях, нагрузка строго регулируется установленными на воле нормами для женского труда.

В пенитенциарных учреждениях данной категории отбывают наказание за впервые совершённые тяжкие преступления, а также преступления средней и небольшой тяжести, если суд посчитает невозможным заменить их исправлением в колониях-поселениях.

Женщины в тюрьмы данной категории попадают за повторное совершение преступлений (рецидивистки), а также впервые совершённые убийства с особой жестокостью.

Быт женщин-заключённых

Условия проживания

Стандартная вместимость камер в женских тюрьмах – от 40 до 60 человек. Как и в СИЗО, кровати двухъярусные. В каждой камере обустроено кухонное помещение, где женщины самостоятельно готовят еду из продуктов, присланных родственниками или приобретённых в тюремном магазине. Каждая камера оснащена туалетом и душем.  Раз в неделю женщины посещают баню.

Уборка помещений выполняется по графику, трижды в день. Пропускать дежурство запрещено (за это назначаются дополнительные дни уборки). Правда, от дежурства можно откупиться сигаретами, продуктами, деньгами.

Снабжение одеждой

 По правилам, заключённые ежегодно должны получать новый комплект одежды и белья. Однако на практике данное требование не всегда соблюдается по срокам и объёмам. Со сменой белья и теплыми вещами зачастую помогают родственники. Те, кто не получает поддержку из дома, вынуждены выменивать необходимое у сокамерниц.

Режим дня в женских тюрьмах:

  • Подъём.  Побудка в колониях производится в 6:00. Сразу после подъёма заключённые заправляют постели.
  • Гигиенические процедуры.
  • Перекличка.
  • Завтрак.
  • 12-часовой рабочий день с перерывом на обед либо работа по графику 2 через 2 также с перерывом на обед.
  • Ужин.
  • Свободное время (от получаса до 1 часа). Потратить досуг можно на чтение книг, написание писем домой, рукоделие, общение.
  • Непрерывный 8-часовой сон.

Источник: https://fsin.ru/articles/kak-otbyvayut-srok-v-zhenskikh-koloniyakh-i-tyurmakh

Интимная жизнь заключенных в Азербайджане: без брака ничего не получится

Интимная жизнь в тюрьме

БАКУ, 28 дек — Sputnik, Нигяр Магеррам. Условий для интимной жизни заключенных за решеткой нет, без кябина (религиозного брака – ред.) и официального брака она в любом случае невозможна.

Об особенностях частной жизни заключенных Sputnik Азербайджан рассказал Рауф Агаев (имя вымышленное – ред.). Мужчина отсидел за решеткой два срока – в 2005 году он был осужден на год и восемь месяцев, которые провел в пенитенциарном учреждении в Сальяне, а с 2012 по 2015 годы находился в пенитенциарном учреждении номер шесть в Баку.

К моменту осуждения Агаев был уже женат, и у него было право на свидания с супругой. “В обоих учреждениях заключенным разрешались личные, интимные встречи в рамках закона. Государственная пошлина для этого – 15-20 манатов. А вот холостые имели право на встречу только с родственниками один раз в неделю, и потому половая жизнь для них уже становилась проблемой”, – рассказывает он.

В тюрьмах есть мужчины, которых заключенные между собой называют “изгоями”, продолжает Рауф.

Кто хотел воспользоваться их “услугами”, как правило, брали с собой еще и товарища, который стоял “на стреме”: “Когда тюремщики узнавали о “свиданиях”, заключенных наказывали.

Но вообще на тех, кто вступал в половую связь с “голубыми”, плохо не смотрели. Но заключенных, которые “крутили любовь” с такими, другие осуждали”.

“Неудобная” проблема

Интимная жизнь заключенных в нашей стране – проблема, которую общество, как правило, замалчивает. По закону, осужденные на тюремный срок граждане Азербайджана имеют право на половую жизнь – но только несколько раз в году и только с законной супругой.

Но как быть холостым? Как известно, люди, лишенные долгое время возможности жить нормальной сексуальной жизнью, испытывают проблемы со здоровьем, прежде всего психологического, а нередко – и физиологического характера.

При этом специалисты говорят, что без нормальной интимной жизни у людей появляется агрессия и другие негативные проявления, тем самым появляется склонность к совершению преступлений.

Что говорит закон?

В Азербайджане пенитенциарные учреждения бывают общего, строгого и особого режимов, а также колонии-поселения и тюрьма, говорит юрист Эльвин Салимов. Заключенные во всех типах учреждений имеют право на краткосрочные и долгосрочные встречи с друзьями, близкими и членами семьи. При этом количество встреч в году зависит от типа учреждения, где они находятся.

Что касается заключенных строгого режима, то долгосрочных встреч у них нет, эти лица имеют право только на одну краткосрочную встречу раз в полгода.

Осужденные на пожизненное заключение, которые содержатся в отдельных камерах, имеют право на шесть краткосрочных и две долгосрочные встречи. После десяти лет заключения и примерного поведения они получают право на дополнительные встречи, добавил юрист.

По мнению законодателей, правила, регулирующие вопрос о частных встречах заключенных, вполне адекватные, и дополнительные изменения тут не нужны.

“Тюремное чтиво”: книги за решеткой читают не меньше, чем на свободе>>

Несколько лет назад в парламенте было принято решение об увеличении в два раза числа дополнительных дней для встреч, телефонных разговоров для заключенных, сказал Sputnik Азербайджан член комитета по правовой политике и государственному строительству Милли Меджлиса АР Чингиз Ганизаде, добавив, что сегодня на повестке обсуждение подобных вопросов не стоит.

“Во всем мире так. Пенитенциарное учреждение – это не санаторий, не центр отдыха. Там нет большого числа комнат, чтобы заключенные могли часто встречаться с своими семьями. Это люди, ряд прав которых ограничили из-за совершенных ими преступлений. С этой точки зрения считаю действующее законодательство в данной сфере нормальным”, – заявил депутат.

Мнение психолога

Сексуальное удовлетворение для взрослого человека важно не только с физиологической, но и психологической, социальной точек зрения. Неудовлетворенная потребность может привести к появлению целого ряда проблем, рассказал в свою очередь Sputnik психолог Асеф Керимли.

У заключенного занижается самооценка, появляется чувство неполноценности. В таких случаях агрессия достигает своего пика, которая особенно явно проявляется в первые полгода-год тюремного заключения, продолжил он.

Измена, тюрьма и смерть: в Баку четверо детей стали игрушкой для взрослых>>

Для тех, кто не женат, но хочет вступить в брак, в пенитенциарных учреждениях такая возможность предоставляется. Но для всех остальных отсутствие половой жизни превращается в настоящую проблему.

У некоторых из них может появиться склонность к гомосексуализму, которая затем переходит в привычку. А у молодых гомосексуализм приводит к серьезным психологическим травмам, появлению чувства вины и страха быть раскрытым, указал психолог: “Для людей, у которых не было возможности жить с партнером-женщиной, гомосексуализм может привести порой и к самоубийству.”

В качестве решения проблемы психолог предлагает в первую очередь строить пенитенциарную систему в Азербайджане в соответствии с европейскими стандартами. Было бы уместнее предоставлять заключенным отпуск на несколько дней, а если это невозможно – то можно устраивать встречи за стенами пенитенциарного учреждения.

“Потому что, даже несмотря на то, что встречи проводятся в рамках закона, большинству заключенных сложно смириться с тем, что все происходит за стенами такого учреждения. Кроме того, важно организовать в пенитенциарной службе систему социальной, психологической, реабилитационной и исправительной работ”, – заключил Керимов.

Источник: https://az.sputniknews.ru/life/20181228/418712426/zakljuchennye-intimnaja-zhizn.html

Не есть из одной посуды. Как живут неприкасаемые в тюрьме

Интимная жизнь в тюрьме
John Kolesidis/Reuters

Начало цикла читайте здесь:

Сложно себе представить, как могут уживаться в одном помещении сто здоровых, разной степени агрессивности, не всегда адекватных мужчин. У каждого из них своя история, свой опыт, свои интересы.

Естественно, между ними возникают конфликты. Теснота, бытовые неудобства лишь усугубляют ситуацию.

Тем не менее жизнь в местах лишения свободы подчиняется строгим законам и правилам, которые жестко регламентируют поведение местных жителей.

Неотъемлемой частью этих правил является существование среди заключенных отдельной касты отверженных. Это так называемые обиженные, опущенные или угловые.

Они так вписались в тюремную иерархию, делая самую грязную работу, что без их существования само функционирование системы было бы под вопросом. Более того, наличие такой касты открывает большие возможности для всевозможных манипуляций и управления заключенными.

Перспектива попасть в обиженные делает зэков сговорчивыми и способными пойти на многие компромиссы.

Как становятся обиженными? У каждого из них своя история, свой путь. Опустить могут сами зэки за какой-нибудь проступок. Например, осужденных за педофилию ждет именно такая участь. С помощью других заключенных опустить могут и сами тюремщики.

Можно просто посидеть за одним столом с обиженными, поздороваться с ним за руку, поесть из одной посуды — и ты, словно подхвативший неизлечимый вирус, становишься таким же. Обратного пути нет. Такие заключенные сидят за отдельными столами, спят отдельно в углу барака, едят из отдельной посуды.

Жизнь их незавидна и нелегка. Как правило, они убирают туалеты и выносят мусор. Конечно же, обиженный обиженному рознь.

Одно дело — бывший воин-десантник, громила, осужденный за убийство, попавший в эту касту за то, что, рассказывая о подробностях своей интимной жизни, упомянул о занятиях оральным сексом с девушкой, а другое дело — педофил.

У нас в отряде жил всеми гонимый угловой Артем, московский парень двадцати лет отроду. Жизнь его складывалась очень непросто. Он гей. Сидел во второй раз за кражу. На свободе работал в ночном клубе и, обокрав своего клиента, опять попал в тюрьму. Артем — ВИЧ-инфицированный.

Сначала его распределили в специальный, шестой отряд, где содержатся только ВИЧ-инфицированные. Отношения с окружающими у него не очень-то складывались. В силу его положения в тюремном сообществе, на него была возложена обязанность убирать туалет, а кроме того, он стал объектом сексуальных утех озабоченных зэков и регулярно подвергался насилию.

После его попытки повеситься Артема перевели в карантин. Нельзя сказать, что его жизнь здесь значительно улучшилась. Артем с утра до ночи продолжал мыть туалет и выносить на помойку использованную туалетную бумагу. В перерывах между этими занятиями он стирал личные вещи дневальных — полотенца, майки, трусы, носки.

В перерывах между этими перерывами его регулярно били те же дневальные. Ссадины и синяки не сходили с его лица. А по ночам местные царьки карантина заставляли Артема вспоминать свою вольную жизнь, используя его для плотских утех. Мне было его безумно жаль, и я старался всячески ему помочь — давал сигареты, чай.

Это не очень облегчило и скрасило его жизнь, и Артем, не выдержав издевательств, вскрыл себе вены, после чего… опять попал в шестой отряд для ВИЧ-инфицированных, откуда его не так давно перевели сюда.

Через некоторое время, находясь в другом отряде, я услышал следующую историю об Артеме, которая приключилась с ним в отряде для ВИЧ-инфицированных. Один блатной зэк, цыган по прозвищу Будулай, которого я знал лично, начал приставать к Артему. Цыган настаивал, чтобы Артем в известном процессе играл активную роль. «Не могу! — отчаянно сопротивлялся Артем.

— Если меня, то пожалуйста! А сам я ну никак не смогу». Цыган не отставал и продолжал настаивать на своем. Артем решил пожаловаться на ловеласа местным блатным. «Да ты что, гадина, на мужика наговариваешь?!» — не поверили те Артему. Но, уступив его настойчивости, все-таки решили проверить цыгана. «Назначай свидание! — сказали блатные. — Мы будем рядом, в засаде.

Если что — прикроем».

Наступила ночь, и наша парочка, стараясь не привлекать ничьего внимания, пробирается на место свидания — в помещение воспитательной работы. Есть такая комната в бараке, где заключенные смотрят телевизор. Эх, не знал Будулай, что ждала его там засада.

В самый ответственный момент включился свет, и изумленным взорам зэков предстал обнаженный Будулай, находящийся в недвусмысленном положении. Понимая, что его ожидает, он не растерялся и выпрыгнул в окно второго этажа, пробив стекла.

Непостижимым образом за считаные секунды он сумел преодолеть высоченную ограду локального сектора, снабженную специальными барабанами — вертушками с колючей проволокой. Захочешь перелезть, возьмешься за реечку, подтянешься, а барабан прокрутится вниз.

Голый цыган с криками «Спасите, помогите, убивают!» залетел в расположенную на аллее будку секторов — помещение, где находятся сотрудники колонии, следящие за передвижением зэков. Ни один осужденный не выйдет из локального сектора без ведома дежурного милиционера. Той ночью цыган ворвался в их сон.

Ничего не понимающие мусора долго протирали глаза, глядя на голого заключенного, ночью, в середине зимы вломившегося в их домик. Цыгана спасли, предоставив ему политическое убежище в другом отряде. Его жизнь кардинально поменялась, и он стал покорно нести все тяготы и лишения своей нелегкой жизни.

Ряды обиженных, которых в колонии не хватало, пополнились еще одним отверженным.

Однажды к нам в отряд заехал некий Миша П. Обычный зэк, ничем не выделяющийся из общей массы, осужденный за грабежи и разбои. Он оставался обычным до тех пор, пока в колонию не прибыл другой этап и не выяснилось, что Миша — угловой. По понятиям такой заключенный должен был сразу сообщить о своем статусе и занять свое место.

Миша же решил начать новую жизнь и больше недели сидел за одним столом с другими заключенными, ел с ними из одной посуды, пил чифир из одной кружки. Получалось, что он «заразил» весь отряд. Но нет! Оказывается, по тем же понятиям, если заключенные не знали о том, что другой зэк угловой, а тот это дело скрыл, то так не считается.

Мишу жестоко наказали, избив его до полусмерти.

Надо сказать, что история эта произвела на меня сильное впечатление и заставила задуматься о хрупкости нашего бытия.

Жизнь продолжалась.

Источник: https://snob.ru/selected/entry/121696/

Женщинам закон не писан

Интимная жизнь в тюрьме

Что заставляет слабый пол нарушать закон, выясняли корреспонденты “Известий”.

Первые тревожные звоночки прозвенели еще в середине 90-х. Графики женской преступности неумолимо ползли вверх. С 1997 по 2006 год количество женских преступлений возросло на 60 процентов. Последние пять лет усугубили картину: число узниц подскочило на четверть.

Женские колонии переполнились. Сегодня в 46 разбросанных по России дамских “казенных домах” живут свыше 46 тысяч женщин – на 8 тысяч больше допустимого. Федеральная служба исполнения наказаний в спешном порядке создает дополнительные места для “вновь прибывших”.

Такого разгула женской преступности никто не предвидел.

Женская исправительная колония N 3 затерялась на окраине Кинешмы в Ивановской области. Старинный городок на берегу Волги когда-то планировалось сделать оживленной железнодорожной развязкой, но в итоге Кинешма так и осталась конечной станцией, а также символическим тупиком для приговоренных женщин.

– Сейчас здесь содержатся 1147 заключенных, – рассказывает замначальника колонии Александр Терентьев, пока на КПП внимательно изучают мои документы. – Все они “первоходки”.

Если не обращать внимания на колючую проволоку, то колония представляет собой вполне уютный городок. С баней, пекарней, церквушкой, швейными мастерскими, огородами и даже фонтаном. В советское время сюда “селили” в основном растратчиц и алкоголичек. Но с тех пор список “популярных” статей резко изменился.

– 33 процента женщин попали сюда за убийство, еще 32 процента – за хранение и торговлю наркотиками. 16 процентов узниц попались на краже, – говорит Александр Терентьев.

– Остальные, – продолжил Александр Терентьев, – сидят за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, грабеж и разбой.

За каждым преступлением тянется один и тот же шлейф: неурядицы в семье, нищета, безработица и тотальная безысходность. В женском исполнении привычные злодеяния приобретают совсем иной оттенок.

Мужчина ударил ножом – и пошел тело прятать. А женщина режет с ожесточением – 10, 15, 20 раз. А потом сядет и расплачется. И ждет приезда наряда.

Так произошло с Мариной Александровой, которая прославилась на всю колонию как поэтесса-самородок. В моих руках – толстая тетрадка, исписанная аккуратным почерком. Больше сотни нежных стихотворений о любви и прекрасном незнакомце, который обнимет и положит конец невзгодам. Сложно поверить, что три года назад, аккурат на Рождество, Елена зарезала своего мужа, с которым прожила 13 лет.

– Жили в Воркуте, я во вневедомственной охране работала, а он – шахтером, – вполголоса, будто по секрету рассказывает Марина. – Все бы ничего, да он начал пить и наркотиками баловаться. С каждым годом становился все невыносимее, начал меня бить.

В тот день он особенно крепко выпил и набросился на меня. А дальше как в тумане: начала защищаться, схватила нож и ударила наотмашь несколько раз. Едва поняла, что сделала, вызвала “скорую”, но было поздно. А потом… Сдалась, что ж делать…

Детский вопрос

Часто жертвами женщин-убийц становятся их собственные дети. Для некоторых мамаш задушить “случайного” ребенка подушкой или выбросить в мусорный бак кажется самым простым решением проблемы. Однако даже в криминальной женской среде это самый страшный грех.

– В женской колонии детоубийца автоматически становится изгоем, эдаким козлом отпущения, как педофилы в мужских зонах, – поделилась с “Известиями” замдиректора Центра содействия реформе уголовного правосудия, автор книги “Сон и явь женской тюрьмы” Людмила Альперн. – Рядом с ней все остальные чувствуют себя чуть ли не ангелами.

Для многих находящихся здесь чадо осталось единственной ниточкой, связывающей с настоящей жизнью. Детям отсылают скромные передачки, ждут свидания, пишут письма. Оставшийся сиротой ребенок попадает в приют, что для матери становится страшной пыткой. Даже если дитя живет в спецприюте при колонии, на свидание отведен лишь час в день.

– Пять лет назад у нас произошла душераздирающая история, – вспоминает Александр Терентьев. – К нам посадили женщину, чей ребенок остался на воле один и попал в приют. Заключенная отсидела несколько лет, не имея с ним связи. Однажды в колонии проходило мероприятие: сотрудники этого приюта привезли к нам в гости своих воспитанников.

Женщины им всегда ужасно рады: готовят вкусности, собирают со всех по копейке на подарки. И вот представьте: детей и заключенных вывели во дворик на встречу, как вдруг в толпе женщин раздался пронзительный вопль. Мать узнала своего сына, бросилась к нему, упала на колени, обнимала его. Все были в шоке, многие плакали.

Вскоре женщина вышла условно-досрочно и забрала сына из приюта.

“Гламурный” снеговик

Несмотря на типовые постройки из серого бетона, колония вмиг опознается как женская. Вот тянутся мерзлые грядки – летом с них собирают по 10 тонн огурцов и кабачков. Выращивают их… бабушки-зечки, поднаторевшие копаться в огороде. Я гляжу на одну из “божьих одуванчиков”, она затягивается папиросой у входа в барак. В колонии живет 47 старушек. 40 из них сидят за убийство своих супругов.

Завернув за угол, натыкаюсь на огромного снеговика, слепленного из розового снега. “Девочки захотели, чтоб было “гламурно”, – усмехается мой сопровождающий.

Женская рука чувствуется во всем: в кружевных занавесках на окнах, в разноцветных стенгазетах и “зеленых уголках” с цветами, в наклеенных над кроватью фотографиях оставленных дома детей.

Для заключенных эти трогательные мелочи – глоток кислорода, помогающий свыкнуться с заключением.

– Женщины переносят неволю гораздо хуже мужчин, – объясняет Александр Терентьев. – Вот и начинают создавать уют и заниматься самодеятельностью. Защитная реакция…

– Для женщины вообще противоестественно находиться в колонии, – говорит Людмила Альперн. – Особенно когда женские колонии почти не отличаются от мужских. В таких условиях происходит перестройка всего человеческого существа, очень сильно меняется психика женщины.

Именно поэтому штатный психолог при колонии работает на износ, принимая в день десятки страждущих.

– Психологов рвут на части, – призналась старший инспектор психологической лаборатории Марина Садовникова. – Женщины постоянно просятся на прием и с порога вываливают наболевшее. Новенькие переживают проблему адаптации.

В женской колонии нет “паханов” и такого социального расслоения, как у мужчин. Но сами понимаете: новый коллектив проверяет вновь прибывших на прочность, надо показать себя.

Но куда болезненнее переживают старожилы, которым скоро выходить.

Долгожданной свободы женщины боятся едва ли не больше, чем раньше – приговора. С каждым годом, проведенным в тюрьме, их связь с волей становится все слабее. Вырастают дети, все реже пишут друзья, умирают родственники. А на воле – безработица, которая погонит на новые преступления. Многие узницы не имеют специальности.

Отчасти поэтому они с такой охотой работают в швейной мастерской при колонии. Помимо скромного заработка женщина получает удостоверение швеи 3-го разряда.

Это увеличивает ее шансы устроиться на работу после того, как за ней захлопнется дверь колонии и она останется на автобусной остановке с узелком вещей и оплаченным государством билетом домой.

Здравствуй и прощай

По пути из колонии я рассматриваю в окно автобуса серый, словно невыспавшийся после зимы, город Иваново. Таким же маршрутом едут из колонии освободившиеся женщины, чья жизнь отныне четко разделилась на “до” и “после”. И “после” начинается где-то здесь, среди обшарпанных ивановских хрущевок.

Вот усталая женщина с трудом несет тяжелые сумки, а за ней, хватаясь для равновесия за столбы и деревья, пытается поспеть вдребезги пьяный, перепачканный мужичок. Вероятно, муж и потенциальная жертва женского отчаяния.

– Современные женщины стали жестче и менее терпимы, – считает Людмила Альперн, отвечая на вопрос о причинах роста женской преступности. – У них изменились представления о том, что можно, а что недопустимо по отношению к ним. Раньше ее били, и она молчала, а сегодня в ответ ударила ножом. Подобные явления необходимо изучать и делать выводы.

В современном мире хранительница очага работает наравне с мужчиной, занимает руководящие посты. Те, кому не удалась карьера, едва ли могут рассчитывать на спасение в браке.

По мнению социологов, Россия переживает обесценивание семейных ценностей: по данным за 2010 год, в среднем по России из 100 браков заканчиваются разводом 53, причем женщины выступают инициаторами расставания чаще мужчин, называя причиной алкоголизм, наркоманию и измену супруга.

В таких условиях, считают эксперты, бороться с преступницами тюремными сроками означает морально калечить женщин и множить и без того огромную армию рецидивисток.

– Из 46 тысяч женщин, осужденных по всей России, 9021 рецидивистка, 2369 опасных рецидивисток и 509 особо опасных, – поделился с “Известиями” официальный представитель ФСИНа Александр Кромин.

Означает ли это, что решение проблемы придет лишь с улучшением социальной обстановки?

– Суды не должны давать женщинам такие большие сроки, – считает Людмила Альперн. – Сейчас средний срок для женщины – 7,5 года. Это убийственно много.

С этим согласны и представители системы наказаний.

– По нашим наблюдениям, максимальный срок для женщины – 5 лет, – заявил Александр Терентьев. – Им для раскаяния этого вполне хватает, в отличие от мужчины. А после пятилетки уже начинается необратимая психическая ломка.

Необходимо приспособить нашу “гулаговскую” систему наказания под женщин, уверена Людмила Альперн.

– На Западе женщину держат в тюрьме лишь в самом крайнем случае, если она опасна для общества, – говорит эксперт. – А ведь большинство наших заключенных – это наркоманки, алкоголички и убийцы по неосторожности. Исправлять их каторгой – значит лишь калечить им психику.

В качестве альтернативы тюрьме пойдет домашний арест или передача преступницы под надзор общественной организации. Очень важно давать им возможность жить с детьми, как на Западе. У нас же детей селят в тюремный приют с ужасными условиями и дают 1 час свиданий в сутки.

* * *

В Европе – та же тенденция

Бум женской преступности не является российским эксклюзивом. Крупнейшее итальянское агентство частных расследований Miriam Tomponzi Investigations провело масштабное изучение проблемы женского криминала в Европе.

Данные доклада ошеломили Европарламент: по словам итальянцев, за последние 20 лет уровень женской преступности повысился на 400 процентов, а если считать с 1960 года, то на 600. Женщины-убийцы составили 13 процентов от общего числа.

Кроме того, слабый пол совершает 36% подделок чеков, 24% краж со взломом и 16,2% угона автомобилей. Три четверти краж в магазинах совершают несовершеннолетние преступницы.

Источник: https://iz.ru/news/373090

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.